— Что ты имеешь в виду? — Мария старалась говорить ровно, сдерживая волнение. — Галина, мы с Богданом давно мечтали об этом доме. Это наш уголок, где мы хотим построить свою жизнь.
Галина откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. Её взгляд, обычно внимательный и цепкий, теперь выражал лёгкое неодобрение. Рядом сидел Богдан — муж Марии — молча размешивая сахар в чашке и не поднимая глаз.
— Своей семьёй… — повторила свекровь, будто пробуя эти слова на вкус. — А семья ведь не только вы двое. У меня Юлия с мужем и двумя детьми ютятся в двухкомнатной квартире. Стены тонкие, соседи шумные — ни уюта, ни покоя. А у вас тут коттедж: три этажа, садик, баня… Не многовато ли для двоих?
Мария опустилась напротив неё за столом, чувствуя внутреннее напряжение. Дом они с Богданом приобрели год назад: выплатили кредит, вложили все накопления в ремонт и обустроили каждую комнату с душой. Это было их первое настоящее жильё после долгих лет в тесной квартире. Место свободы и покоя: по утрам слышно пение птиц, а вечерами потрескивают дрова в камине.
— Мы не одни… — тихо произнесла она. — У нас с Богданом планы на детей. И мы хотим растить их здесь — в тишине и уюте.
Галина вздохнула так, словно услышала что-то нелепое.
— Планы на детей — это замечательно. Но пока их нет, дом пустует наполовину. Юлия могла бы перебраться к вам хотя бы на второй этаж: там ведь три свободные комнаты! Дети росли бы на свежем воздухе, Назар работу поближе нашёл бы… А вы бы не чувствовали себя одиноко.
Богдан наконец поднял взгляд: лицо его было напряжённым, но он промолчал; лишь слегка улыбнулся матери — как будто пытаясь смягчить накал разговора.
— Мам… Мы только начали обживаться здесь… Да, дом просторный… Но мы его покупали для себя…
— Для себя… — кивнула Галина задумчиво. — А семья? Я всегда считала: семья должна поддерживать друг друга. Юлия младше вас обоих; ей сейчас непросто приходится… Вы с Богданом твёрдо стоите на ногах: хорошая работа и стабильность… А она всё ещё барахтается…
Мария почувствовала жар приливающий к щекам. Она знала эту манеру свекрови: начинать разговор как заботу о близких и незаметно переходить к давлению через чувство долга. Галина умела преподнести свои желания как единственно разумное решение – а Богдан часто уступал ей без споров.
— Галина… Мы всегда готовы помочь Юлии – можем поддержать её материально при необходимости… Но переезд – это уже совсем другое дело… Мы не планировали жить большой семьёй под одной крышей…
Свекровь посмотрела пристально.
— Поддержка деньгами – одно дело… Но когда речь идёт о жилье – это уже по-настоящему важно… Я же не прошу отдать весь дом! Просто поделиться частью пространства… Второй этаж вам самим ни к чему…
В комнате воцарилась тишина; за окном шелестели листья дуба – того самого дерева, что они посадили прошлой весной вместе с Богданом возле террасы. Мария вспомнила тот день: как выбирали участок вдали от городской суеты – но недалеко от цивилизации; как радовались первому въезду; как строили планы о будущем…
— Мам… давай пока оставим этот разговор? — предложил Богдан мягко.— Мы только чай попили… Может выйдем в сад? Я покажу тебе беседку – мы её недавно достроили…
Галина поднялась из-за стола; движения её были спокойными внешне – но чувствовалась внутренняя решимость.
— Конечно прогуляемся… Но вернёмся ещё к этому разговору обязательно… Я за Юлию переживаю сильно… Она мне звонит часто жалуется… А что я могу ей ответить? Что брат живёт в коттедже с женой и помогать не хочет?
Мария осталась одна за столом после того как они вышли во двор; перед ней стояли пустые чашки – а внутри росло тревожное ощущение надвигающейся беды… Это был уже третий визит Галины за месяц – каждый раз она поднимала тему Юлии всё настойчивее: сначала сочувствовала её положению; потом предлагала «погостить» недельку-другую; теперь же говорила прямо о переезде…
Когда Богдан вернулся один (мать пошла звонить сестре), он сел рядом и взял Марию за руку:
— Не волнуйся так сильно… Мама просто переживает за сестру… Я поговорю с ней…
— Богдан… Ты ведь понимаешь сам: это уже не просто беспокойство со стороны матери… Она всерьёз рассчитывает заселить сюда Юлию навсегда…
Он тяжело вздохнул:
— Ей действительно тяжело сейчас… Дети маленькие; квартира тесная до невозможности… Может быть нам стоит хотя бы подумать?..
— Подумать о чём? О том чтобы пригласить их жить здесь постоянно?! Это же наш дом! Мы столько лет шли к нему вместе! Столько сил вложено! И теперь должны делиться всем этим потому что кому-то неудобно?
Богдан промолчал снова. Он всегда был мягок по отношению к матери – та вырастила их одна после смерти мужа; чувство долга перед ней у него осталось сильным до сих пор…
Поздним вечером после того как свекровь уехала обратно в городскую квартиру – они легли спать наверху в своей спальне… Мария долго лежала без сна глядя в потолок и думая о том насколько может измениться вся их жизнь если муж уступит давлению матери: шумные дети повсюду; чужие привычки вторгающиеся в личное пространство; постоянные конфликты из-за мелочей…
Утром следующего дня раздался звонок от Галины:
— Мария! — начала она сразу без вступлений.— Я поговорила вчера с Юлией – она очень обрадовалась твоей идее! Дети будут счастливы бегать по саду! Назар готов перевезти вещи уже через месяц!
Мария крепко сжала телефонную трубку:
— Галина… Мы ещё ничего окончательно не решили…
— А что тут решать?! Дом просторный! Всем места хватит! Я даже готова приезжать помогать вам по хозяйству или сидеть с детьми!
Положив трубку без ответа Мария направилась искать мужа… Он был во дворе у мастерской возился со старым столом…
— Твоя мама уже всё решила сама за нас,— сказала она глядя ему прямо в глаза.— Юлия собирается переезжать…
Богдан отложил инструменты:
— Она мне тоже звонила сегодня утром… Просила подумать…
Мария подошла ближе: