— А когда именно «потом»? В семьдесят, что ли? Когда ты наконец расплатишься за кредит на мамину машину?
— Ну хватит твердить одно и то же — «мамина, мамина»! Это ведь наша машина!
— Нет, Тарас. Это машина твоей мамы. Кредит — твой. А вот жизнь, которую ты бездарно потратил, была нашей общей. Была.
Я подтолкнула чемодан к двери.
— Уходи.
— Ты серьёзно? Куда я сейчас пойду, среди ночи?
— Как куда? — я усмехнулась с горечью. — К Людмиле Павленко. В её трёшку. На машине с подогревом сидений. Она ведь тебя ждёт, она счастлива. Вот и раздели с ней эту радость. А я устала до предела. Я хочу просто лечь спать.
Он смотрел на меня в полном оцепенении, и впервые за все эти тридцать лет в его взгляде мелькнул страх. Он понял: той самой «удобной Оксанки» больше нет и не будет. Он потянулся ко мне, пытаясь взять за руку.
— Оксана, ну хватит уже… Прости меня, дурака… Давай вернём эту машину обратно…
— Не получится, Тарас. Она оформлена на Людмилу Павленко. Она её не отдаст. Ступай.
Я распахнула дверь настежь — из подъезда тянуло жареной картошкой вперемешку с табачным дымом.
— Оставь ключи от квартиры. От машины можешь забрать себе.
Он со злостью швырнул связку ключей на тумбочку у входа, схватил чемодан и процедил сквозь зубы:
— Ну и живи тут одна! Злющая баба! Ещё приползёшь обратно — когда поймёшь наконец, что ты без меня никто! Мама была права насчёт тебя!
Дверь хлопнула с грохотом. Я повернула замок дважды и повесила цепочку сверху.
Финал: Счёт в мою пользу
Я медленно опустилась на пол у двери и подумала: сейчас разрыдаюсь… Но слёзы так и не пришли — только звенящая тишина вокруг. Оглушительная… И прекрасная.
На кухне остывали котлеты на тарелке. Папка с документами от машины исчезла — он прихватил её перед уходом.
Я поставила чайник и налила себе кружку чая.
Потом взяла калькулятор.
Так… Его зарплаты больше нет — но зато исчезли траты на него самого: еда как для троих взрослых мужчин, пиво по пятницам, сигареты пачками… Постоянные «подкинь на бензин», «маме нужны деньги на таблетки».
На салфетке быстро вывела примерные цифры расходов и доходов: аренда этой квартиры мне одной тяжеловата… Значит сниму студию поближе к офису — это минус десять тысяч ежемесячно; еды мне нужно в три раза меньше…
Я смотрела на расчёты и глазам своим не верила.
Без Тараса я смогу накопить первый взнос по ипотеке за два года — пусть даже это будет маленькая студия… Но своя! И всё сама! Без чужой помощи или одолжений!
Телефон мигнул уведомлением: сообщение от Людмилы Павленко — «Ты ещё пожалеешь об этом! Неблагодарная! Тарас у меня дома, давление скачет!»
Я нажала «заблокировать номер».
Потом заблокировала номер Тараса тоже.
Подошла к окну: во дворе завёлся двигатель новенького кроссовера; фары выхватили из темноты кусок мокрого асфальта… И скрылись вдали вместе с машиной.
Я осталась одна: без мужа рядом, без накоплений в банке… В съёмной квартире…
Но впервые за долгие годы чувствовала себя по-настоящему богатой человеком — потому что вернула себе главное сокровище: право самой решать свою судьбу.
И это право я больше никому не отдам.
Завтра наступит новый день.
И он будет моим днем.