Тарас вошёл в квартиру и, как это часто бывало, замер у самого порога. Из прихожей доносились голоса — Валентина и Елена о чём-то спорили, и, как обычно, разговор не сулил ничего приятного. Он тяжело выдохнул: день выдался изматывающим. Работа, коллеги, телефон, который вот-вот треснет от количества звонков — всё это накапливалось и давило.
Когда два года назад они с Еленой только поженились, казалось, что впереди их ждёт только радость и покой. Тогда Валентина сама предложила им переехать в её старую квартиру. Раньше она её сдавали посторонним людям, а теперь решила: пусть молодые обустраиваются здесь. Она верила, что они с мужем сделают этот дом уютным и смогут начать свою жизнь с чистого листа.
— А вот и Тарас пожаловал! — Валентина выглянула из кухни. В её голосе уже слышалась та знакомая интонация — едкая и раздражающая. — Мы тут с Еленой думаем: может быть, пора бы холодильник заменить? В нормальной квартире техника должна соответствовать.
«В нашей квартире» — эта фраза звучала всё чаще и всё увереннее. Тарас это замечал каждый раз, хотя предпочитал не вступать в споры. Он уже давно чувствовал себя здесь не гостем, но слова так и застревали где-то внутри — особенно те резкие фразы, которые хотелось бы выпалить вслух.
А ведь поначалу всё было иначе. Мать Елены приносила еду, помогала им обустроиться на новом месте, делилась житейскими советами — по хозяйству да по жизни вообще. Елена радовалась этой поддержке, а Тарас молчаливо соглашался: мол, родительская помощь в начале совместной жизни — дело обычное.
Но со временем ситуация изменилась. Забота постепенно превратилась в контроль над каждым шагом. Теперь любое решение сопровождалось пристальным взглядом матери жены. Любая покупка — будь то телевизор или подушки для дивана — становилась темой обсуждения. Даже если никто её ни о чём не спрашивал напрямую, Валентина могла появиться без предупреждения: «Что же вы совсем забыли про дочь?»
— Мамочка… мы ведь уже говорили… сейчас не самое подходящее время для таких трат… — Елена выглянула из кухни с виноватым выражением лица и бросила взгляд на мужа. Тарас заметил усталость в её осанке; он знал: этот разговор повторяется почти ежедневно.
— Всё у вас “не время”, “не время”! — всплеснула руками Валентина с раздражением в голосе. — А когда оно наступит? Когда твой муж начнёт наконец зарабатывать как положено? У всех мужья как мужья: машины покупают женам да квартиры дарят! А наш…
Тарасу вспомнился тот день полгода назад, когда впервые произошла серьёзная стычка между ним и тёщей. Тогда он отказался отвезти её на дачу: работы накопилось столько, что мысли путались одна за другой; проекты рушились один за другим… Тогда Валентина устроила грандиозный скандал: «Мы вам жильё дали! А ты даже такую мелочь сделать не можешь!» – кричала она тогда ему вслед.
Он тогда лишь крепче сжал зубы от злости. Его работа системного администратора в крупной украинской компании приносила стабильный доход – но для тёщи этого было недостаточно. Она постоянно сравнивала его с другими зятьями подруг дочери – теми самыми идеальными мужчинами из чужих рассказов.
«Вот Борис – директор фирмы! А Иосиф свой бизнес открыл!» – эти слова словно иглы впивались ему под кожу каждый раз заново.
Елена пыталась вмешиваться в конфликты между ними; старалась сгладить острые углы… Но лицо её становилось всё более уставшим – таким бывает у человека, который несёт груз слишком долго и уже не знает способа его сбросить. Она металась между двумя мирами – матерью и мужем – пытаясь угодить обоим сразу… По вечерам она тихо плакала в подушку так осторожно, будто надеялась остаться незамеченной… Но Тарас видел всё это… И от этого становилось только тяжелее на душе.
— Валентина… может быть обсудим это позже?.. – осторожно предложил Тарас и попытался пройти мимо неё к комнате.
Но тёща преградила путь словно каменная стена:
— Нет уж! Обсудим прямо сейчас! – голос её звенел натянутой струной; казалось ещё чуть-чуть – и он прорежет воздух до крови…