– Мы вас приютили в этой квартире, сделали вам добро! А в ответ? Лишь слышим – денег нет, не время… А ведь жильё в самом центре!
Каждое её слово звучало тяжело, словно камни сыпались. В голове Тараса всплыли образы – как они с Еленой мечтали о собственном уголке, как радовались, когда Валентина предложила переехать сюда. Тогда им казалось, что это начало новой взрослой жизни, шаг к самостоятельности. Но теперь перед ними было истинное лицо этой «самостоятельности» – полная зависимость от чужих решений и настроений.
– Мама! – Елена подбежала к ней и взяла за руку. – Прекрати!
– Что значит «прекрати»? – Валентина уже не слушала. – Я разве неправду говорю? Вчера просила отвезти меня в поликлинику – отказал! Потому что у него работа срочная! А то, что у меня давление скачет — это никого не волнует?
– Я же объяснял: был важный проект… – Тарас ощутил, как внутри нарастает раздражение. Всё это постоянное давление, бесконечные упрёки и чувство вины — именно это доводило его до предела.
Он вспомнил вчерашний день: срочный запуск сервера, звонки от клиентов один за другим, начальник на грани срыва. И среди всего этого — звонок тёщи с требованием немедленно всё бросить и отвезти её к врачу. Она даже не задумывалась о том, что он действительно мог быть перегружен.
– Важный проект! – перебила его Валентина с возмущением. – А то, что мы вам квартиру предоставили — это уже не важно? Неблагодарный ты человек! Мы хотели дочери счастья устроить… а выходит…
– ХВАТИТ! – Тарас резко повернулся к Елене; его голос прозвучал так твёрдо и громко, что даже Валентина на миг замолчала. – Елена, нам нужно поговорить. Только вдвоём.
Они ушли в спальню. Елена опустилась на край кровати и начала нервно теребить рукав свитера. Тарас сел рядом; слова копились внутри давно и теперь рвались наружу. В голове крутились обрывки фраз — те самые мысли, которые он хотел озвучить ещё месяц назад. Но сейчас они стали частью чего-то большего.
Он смотрел на жену: осунувшаяся фигура, бледное лицо и тёмные круги под глазами… Когда-то она была совсем другой — живая, весёлая, смеющаяся без повода. Они могли часами говорить обо всём на свете: строили планы на будущее и мечтали вместе. А теперь всё будто растворилось: бесконечные конфликты, жалобы со всех сторон… Деньги заканчиваются быстрее зарплаты; долги висят грузом; обязанности множатся… И ничего больше.
– Так больше продолжаться не может… – произнёс он тихо и глухо от усталости. – Я вымотался до предела… Постоянно должен кому-то соответствовать… Все ждут чего-то от меня… Нам нужно съехать отсюда.
Елена подняла глаза; в них читалась растерянность человека, который только сейчас осознал: всё может рухнуть в любой момент. На ресницах заблестели слёзы.
– Куда мы пойдём? – её голос дрожал.
– Снимем квартиру… Однокомнатную хотя бы.
Молчание повисло между ними почти ощутимо физически. За стеной слышались шаги Валентины — она явно стояла там и прислушивалась к каждому слову.
– Но ты же знаешь… аренда стоит дорого…
– Знаю цену всему этому… Но другого выхода нет. Или мы начнём жить отдельно — по-настоящему отдельно — или… – Тарас запнулся; ему было тяжело произнести то слово вслух.
– Или?.. – её голос стал резким и обречённым одновременно.
– Или разводимся… – выдохнул он едва слышно. – Я больше так не могу жить… Каждый день под наблюдением… Каждое слово словно под лупой рассматривается… Каждое решение обсуждается вслух… Мне тяжело…
Елена вскочила с места; паника охватила её мгновенно — она металась по комнате без цели.
– Ты спятил?! Всё бросить?! Уютный быт? Работу? Всё налаженное?! Ради чего?! Чтобы доказать свою независимость?!
Её голос дрожал от страха потерять ту иллюзию стабильности, за которую она держалась из последних сил… Страх перемен парализовал её разум — даже если эти перемены были единственным шансом спасти их обоих от окончательного краха жизни вместе.