– Нет, мама, – спокойно ответила Елена, словно вовсе не удивившись. – Это решение мы приняли вместе. Мы с Тарасом – семья, и нам важно научиться жить самостоятельно.
В тот миг что-то изменилось. Будто невидимая нить, удерживавшая их в прежнем состоянии, оборвалась, и всё вокруг стало другим. Все эти дни молчания, скрытого напряжения… теперь они стояли на пороге новой главы.
Прошла неделя – словно один короткий день. Переезд оказался неожиданно лёгким и быстрым. Их новая однокомнатная квартира в спальном районе была хоть и скромной по размеру, но уютной. Взяли с собой только самое необходимое – остальное решили приобретать постепенно. У Елены впервые за долгое время появился энтузиазм: она составляла списки нужных вещей, продумывала расстановку мебели и мечтала о том, как они с Тарасом обустроят своё новое пространство.
Валентина не осталась в стороне. Она попыталась повлиять через Назара: тот пришёл вечером и пытался убедить их в том, что платить за аренду — пустая трата средств, что они совершают ошибку. Но его слова звучали уже не так уверенно — скорее как исполнение привычной роли.
– Знаешь, доченька… – сказал он напоследок с грустью в голосе. – Может быть, это действительно к лучшему. Твоя мама… она ведь тебя очень любит. Просто ей трудно отпустить.
И вот они стояли посреди своей новой квартиры — без оглядки на старые обиды или споры. Остались только они вдвоём и их маленькое жилище — начало чего-то настоящего. Возможно, именно в этих простых переменах заключалось то самое чувство свободы и единства.
Первый вечер прошёл прямо на полу: постелили плед и заказали пиццу. Не было разговоров о проблемах или попыток кому-то угодить — просто сидели рядом среди голых стен и говорили обо всём подряд, как когда-то давно… когда всё казалось легче.
– Забавно… – задумчиво произнесла Елена. – Квартира ведь почти вдвое меньше прежней… а дышать здесь легче.
Тарас ничего не сказал — просто обнял её крепче. Этого было достаточно: он чувствовал то же самое — будто тяжесть ушла сама собой.
Две недели Валентина не выходила на связь. А потом позвонила сама — голос её звучал иначе: тихо, устало… будто прежняя настойчивость растворилась во времени.
– Доченька… может быть, заглянете к нам на ужин?
Елена ответила немного растерянно:
– Конечно, мамочка… Только теперь мы приедем как гости. Именно гости… а не те, кто должен отчитываться.
Этот разговор оставил после себя ощущение чего-то важного — тонкого сдвига в отношениях. Валентина больше не звонила без предупреждения и перестала устраивать нравоучения; её отношение стало другим — спокойным ожиданием вместо требований.
Тарас приобнял Елену за плечи; внутри разливалось тёплое спокойствие от осознания того пути, который они выбрали вместе впереди: новый район жизни; регулярные расходы; постоянные решения… И каждый месяц им предстояло снова выбирать: продолжать двигаться вперёд или свернуть назад.
Но одно он знал точно: теперь они строили свою собственную жизнь — настоящую семью без долгов прошлого и обязательств перед кем-либо ещё. Пусть их дом был скромнее прежнего; пусть многое ещё требовало усилий… Зато здесь можно было дышать свободно — без страха быть непонятыми или осуждёнными.
А главное — здесь царило счастье.
Их двоих.
В этом небольшом,
но по-настоящему своём мире.
Конец.