— Ну ты скажешь тоже… Шутки у тебя, София, какие-то… совсем не смешные.
Марьяна нервно усмехнулась и начала тереть халат, пытаясь оттереть пятно от омлета.
К вечеру развернулась вторая часть нашего домашнего спектакля. Клим, раскрасневшийся после третьей бутылки местного вина, решил наставить Богдана на путь истинный. Максим с Надей, словно тени на заднем плане, энергично кивали головами и методично доедали остатки сыра.
— Богдан, ну скажи мне: зачем ты на своей стройке надрываешься? — вещал Клим, размахивая ломтем бастурмы так, будто дирижировал оркестром. — Масштаба у тебя никакого! Вот я сейчас двигаю тему — крипта на солнечной энергии. Инвестиции — огонь! Прибыль — космос! Тебе бы поучиться мыслить шире, а не эти твои… кирпичики.
Богдан медленно-медленно положил вилку на тарелку. Я заметила, как у него на шее вздулась вена — верный сигнал надвигающейся грозы. Но я решила взять инициативу в свои руки.
— Клим, — мягко вмешалась я. — А в твоем гениальном бизнес-плане заложены расходы на еду? А то вы за трое суток съели столько же, сколько мы обычно едим за месяц. Боюсь, солнечные панели не покроют наш продовольственный дефицит.
Клим застыл с приоткрытым ртом. Бастурма повисла в воздухе между нами.
— В смысле? Мы же… ну мы же свои! Родственники всё-таки! Ты что теперь — едой попрекаешь?
— Не едой вовсе, Клим. А бастурмой по три тысячи гривен за кило, — уточнила я спокойно. — И это не упрек вовсе. Просто провожу аудит расходов. Ты ведь предприниматель — должен понимать: баланс не сходится.
— Ну ты и мелочная, София… — пробормотал он себе под нос и отвел взгляд.
На пятый день напряжение достигло апогея. Утром я обнаружила пропажу любимой пены для ванны. В ванной стоял запах такой насыщенности и хаоса, будто там взорвался парфюмерный склад; а довольная Марьяна сушила волосы моим феном.
— Ой, София! У тебя такая пенка классная оказалась! Правда пенится плохо… пришлось почти полбутылки вылить! — весело сообщила она. — И давай нам завтрак посытнее сегодня: мы ж вроде как собирались на гору подняться… если настроение будет!
Это стало точкой невозврата.
Я вышла в гостиную: вся компания развалилась перед телевизором с ногами на журнальном столике. Богдан сидел отдельно в углу и мрачно листал новости в телефоне. Он ждал моего сигнала: мы с ним действовали как команда спецназа — он отвечает за силовой блок, я веду переговоры.
— Друзья мои! — громко произнесла я для привлечения внимания.
Все лениво повернули головы в мою сторону.
— Что случилось? Интернет отключили? — зевнул Максим без особого интереса.
— Хуже… гораздо хуже… — сказала я трагическим тоном актрисы из драматической сцены и сделала лицо достойное премии киноакадемии Украины. — Представьте себе: совсем из головы вылетело! Склероз у меня от счастья вашего присутствия… Мы ведь эту комнату вашу… где вы спите… и гостиную тоже…
Я выдержала паузу и добавила:
— Мы их сдали!
Повисла гнетущая тишина. Было слышно только отчаянное жужжание мухи где-то под потолком – словно она тоже пыталась выбраться из этого сумасшедшего дома вместе с нами всех раньше времени.