– Сыночек, – с теплотой обняла Тараса Лариса. – Решила сама приехать, поговорить с Екатериной по-женски. Она поймёт меня.
Екатерина вернулась домой под вечер и застала свекровь на кухне — та уже вовсю распоряжалась, аккуратно расставляя банки с соленьями в холодильнике.
– Лариса? – удивлённо произнесла Екатерина. – Добрый вечер. Я не ожидала…
– Добрый, доченька, – широко улыбнулась женщина. – Зашла помочь по хозяйству. И поговорить надо бы.
Тарас стоял рядом, переминаясь с ноги на ногу, явно чувствуя себя неловко.
За ужином Лариса начала издалека: рассказала о трудностях в районе, о здоровье Михайла, о том, как детям необходим Киев.
– Екатерина, – наконец перешла она к сути. – Мы же одна семья. Пропиши нас всех — и всё будет хорошо. Квартира просторная, всем найдётся уголок. А дальше видно будет.
Екатерина отложила вилку в сторону.
– Лариса, я уже объясняла Тарасу: квартира принадлежит мне ещё до брака. Я не собираюсь регистрировать здесь никого кроме нас двоих.
Свекровь громко вздохнула:
– Эх вы, молодёжь… Всё себе да себе! А семья для чего тогда? Мы ведь не чужие люди…
Разговор затянулся надолго. Лариса вспоминала свою молодость: как жили все вместе под одной крышей и поддерживали друг друга в трудные времена. Тарас молчал — но по его взгляду было ясно: он скорее склоняется к мнению матери.
Екатерина держалась стойко, хотя внутри всё бурлило от напряжения. Когда свекровь ушла спать на диван в гостиной, она тихо сказала мужу:
– Это уже не просьба, Тарас. Это давление на меня.
– Она просто хочет помочь… – попытался оправдаться он.
На следующий день Лариса осталась «на пару дней». Вскоре позвонила сестра Тараса — Елена — и попросилась приехать «буквально на денёк». Екатерина отказалась сразу же, но Тарас настоял:
– Пусть приедет… Обсудим всё вместе спокойно.
Когда Елена появилась с двумя мальчишками пяти и семи лет — шумными и неугомонными — квартира превратилась в настоящий балаган: дети носились по комнатам с криками и смехом; Лариса командовала всеми; Тарас пытался уладить конфликты между родственниками.
Поздним вечером дети наконец уснули. Тогда Елена подошла к Екатерине:
– Сестра… ну пойми ты нас! Нам тяжело сейчас живётся… Пропиши нас временно — мы быстро найдём своё жильё! Обещаю!
Екатерина перевела взгляд на мужа — тот утвердительно кивнул ей в поддержку.
– Нет, – твёрдо произнесла она. – Моё решение остаётся прежним.
Обстановка накалилась до предела: Лариса тяжело вздыхала при каждом удобном случае; Елена обиженно молчала; дети капризничали без конца… Екатерина чувствовала себя загнанной гостьей в собственной квартире.
Через несколько дней родственники уехали домой. Тогда Тарас завёл серьёзный разговор:
– Екатерина… Есть один вариант… Юрист сказал: можно оформить брачный договор или что-то подобное…
– Нет! – резко перебила она его. – Никаких документов за моей спиной! Квартира останется только моей!
Он замолчал…
А потом случилось то самое: случайно проходя мимо двери гостиной вечером, Екатерина услышала разговор мужа по телефону с матерью:
— …да-да, мама… Всё идёт по плану… Подпишет она рано или поздно… Главное — давить…
Она застыла за дверью с рукой у рта от шока. План? Какой ещё план? Холод пробежал по телу волной… Неужели это всё заранее продуманная схема?
В ту ночь она ни слова не сказала мужу — просто легла раньше обычного под предлогом усталости и долго лежала без сна в темноте комнаты… Сергей пришёл позже обычного; привычно коснулся губами её виска перед тем как лечь рядом… Но сон так и не пришёл к ней той ночью…
Утром она решила действовать осторожно: пока Тарас принимал душ, Екатерина взяла его телефон со стола — он никогда не ставил пароль… либо доверял ей полностью… либо даже не задумывался об этом…
История звонков была переполнена разговорами с матерью и сестрой за последние недели… Она открыла переписку с Ларисой и стала листать вверх… Сердце стучало так громко от волнения — казалось вот-вот выскочит наружу…
Сообщения были подробными до мелочей: жалобы на старый дом; растущие цены; трудности Елены с детьми… А затем пошли фразы от которых у неё похолодели пальцы:
«Тарасик… надо ускориться! Юрист сказал: если зарегистрировать всех у неё дома и потом обратиться за улучшением условий проживания через суд (мол теснота), можно добиться доли через суд! Квартира большая ведь… Киевская! Ты понимаешь сам цену такой квартиры! Главное уговорить её прописать хотя бы меня да Лену с детьми… А дальше начнём давить потихоньку».
И ещё одно сообщение:
«Заведи разговор про ребёнка! Скажи ей что малышу нужна большая семья рядом! Женщины часто ведутся на такое».
От Елены тоже было немало тревожных строк:
«Братец… если она упрётся рогом — есть другие пути через органы опеки или что-то вроде того… Главное прописаться сначала».
Екатерина аккуратно положила телефон обратно туда же где он лежал прежде и вышла на балкон подышать свежим воздухом… Холодный ноябрьский ветер бил по лицу резкими порывами… Но ей было всё равно…
Это был вовсе не жест помощи со стороны семьи мужа… Это был тщательно просчитанный захват её жилья…
Когда Тарас вышел из ванной комнаты бодрый после душа с полотенцем на плечах — Екатерина уже сидела за столом кухни с чашкой чая перед собой…
— Доброе утро! Хорошо спалось? – улыбнулся он привычно тепло.
— Нормально,— ответила она ровным голосом.— Нам нужно поговорить…
Он сел напротив неё налил себе кофе из турки…
— О чём?
— О твоей семье,— прямо сказала она.— О регистрации их здесь…
В его взгляде мелькнула тень тревоги…
— Мы же вроде решили пока повременить…
— Нет,— жёстко возразила она.— Ничего мы не решали вместе! Я видела ваши переписки: ты писал маме про «план», про «давление», про суды ради доли квартиры!.. Всё это время ты был частью их замысла!
Тарас замолчал посреди движения чашки ко рту…
— Ты проверяла мой телефон?..
— Да,— спокойно подтвердила она.— Потому что почувствовала неладное внутри себя… И оказалась права!
Как ты мог?.. Мы три года вместе живём!.. И ты участвуешь во всём этом?
Он поставил чашку обратно медленно опустив взгляд вниз…
— Это совсем не так как тебе показалось… Мама просто переживает за всех нас!… Дом старый рушится там у них в области!… Ремонт невозможен сейчас!… У Елены двое детей!… Юрист предложил возможный путь решения проблемы если ты вдруг откажешься помогать добровольно…
— Помощь?! По-доброму?! — голос её дрожал от ярости.— По-доброму значит честно попросить разок и принять отказ без давления!.. А вы устроили целую операцию за моей спиной!
Сергей поднял взгляд, в нём была смесь вины и упрямства.