Тарас поднял глаза, в которых смешались вина и упрямство.
– Но ведь жильё – это не только твоё. Мы же семья. Если бы мы жили в моей комнате в коммуналке, ты бы тоже хотела переехать. Семья – это общее.
– Нет, Тарас, – покачала головой Екатерина. – Квартира была куплена до брака. Это моя собственность. И я имею право её защищать. Ты знал это с самого начала.
Он долго молчал, а потом тихо произнёс:
– Мама говорит, что в браке всё общее… по духу.
– По духу – возможно, – согласилась Екатерина. – Но юридически всё иначе. А вы хотели использовать это против меня.
В тот день они почти не обменялись ни словом. Тарас ушёл на работу раньше обычного, а Екатерина села за ноутбук и начала искать информацию по теме. Она позвонила подруге-юристу и описала ситуацию без лишних подробностей: вопрос о добрачной собственности и прописке. Подруга подтвердила: регистрация по месту жительства не даёт права на владение недвижимостью, но при определённых обстоятельствах — если жильцы проживают долгое время, жалуются на тесноту или есть дети — можно попытаться через суд добиться доли в квартире. Такое случается редко, но бывает.
Екатерина почувствовала облегчение — ситуация оказалась не такой однозначной, как полагала семья Тараса. Однако ощущение предательства продолжало жечь изнутри.
Вечером Тарас вернулся домой с букетом алых роз — её любимых цветов.
– Прости меня, – сказал он сразу же с порога. – Я не хотел всего этого… Мама иногда перегибает палку. Я просто слушал их разговоры… участия не принимал.
– Но ты их и не остановил, – заметила Екатерина, принимая цветы из его рук. – И говорил мне про «давление».
Он тяжело вздохнул и сел рядом:
– Я тебя люблю, Катя… искренне люблю… Но я люблю и их тоже… Не хочу выбирать между вами.
– А мне приходится делать выбор… между мужем и чувством безопасности в собственном доме…
С каждым днём напряжение только усиливалось. Лариса звонила сыну всё чаще: жаловалась на здоровье и холод в квартире; Елена писала о том, как дети болеют без нормальной поликлиники поблизости. Тарас передавал эти сообщения Екатерине — осторожно, но настойчиво.
– Может быть… хотя бы детей зарегистрируем? Временно? Для садика или школы?
– Нет! – резко ответила она. – Это будет началом конца.
А потом наступил вечер пятницы — день перелома во всей этой истории: раздался звонок в дверь. Открыв её, Екатерина увидела всю семью Тараса: Ларису с чемоданом наперевес; Елену с мужем и двумя мальчиками; даже отца — молчаливого Михайло — который крайне редко покидал родную область.
– Добрый вечер тебе, доченька! – широко улыбнулась свекровь. – Мы решили приехать сами поговорить лично…
Тарас стоял позади них в коридоре бледный как стена:
– Я ничего об этом не знал… клянусь тебе…
Но она уже видела по его глазам — знал или хотя бы догадывался…
Гости вошли внутрь квартиры и расселись по гостиной: дети сразу начали бегать повсюду; Елена усадила их на диван; Лариса устроилась в кресле так уверенно будто была хозяйкой дома.
– Катюша… мы ведь свои люди… Приехали насовсем… Вещи привезли… Пропиши нас здесь — будем жить дружно! Большая семья ведь счастье…
Екатерина замерла посреди комнаты: казалось весь мир сузился до размеров этой гостиной…
– Вы приехали сюда жить? Без моего разрешения?
– А чьего нам ещё ждать? – удивилась Лариса искренне.– Тарас же хозяин здесь! Он твой муж!
– Нет! – твёрдо сказала Екатерина глядя прямо на мужа.– Это моя квартира! И вы сейчас же уйдёте отсюда!
Елена всплеснула руками:
– Да куда же нам идти?! Уже ночь!
Михайло хранил молчание — но его взгляд был тяжёлым как камень; муж Елены добавил:
— Мы ведь не просим многого… просто приютить родных людей…
Дети начали плакать: один от усталости другой от шума…
Лариса подошла ближе к ней:
— Катя… ну зачем так упрямиться? Всё уже решено! Тарас с нами! Правда ведь?
Тот едва заметно кивнул головой…
— Может попробуем?.. Ради всех нас?.. — прошептал он ей почти неслышно…
Именно тогда Екатерина ощутила предел своего терпения: вся боль накопленная за последние дни прорвалась наружу лавиной чувств… Она посмотрела на мужа… На толпу людей посреди своей квартиры… И поняла: если уступит сейчас — потеряет всё!
— Нет! Уходите все немедленно!
Лицо Ларисы резко изменилось:
— Ты серьёзно?! Выгоняешь нас?! Родную семью?!
— Это мой дом! И я имею право решать кто здесь живёт!
Тарас шагнул вперёд:
— Катя… пожалуйста…
Но она уже держала телефон в руке набирая номер полиции — не чтобы вызвать наряд сразу же а чтобы показать серьёзность своих намерений:
— Если вы сейчас же не уйдёте отсюда добровольно — вызову полицию за самоуправство!
Обстановка накалилась до предела: Елена расплакалась навзрыд; дети закричали громче прежнего; Лариса начала кричать о неблагодарности и о том как растила сына ради такой жены…
Тарас стоял между ними всеми растерянный до предела…
— Мама… может действительно уйдём пока?..
— Нет!!! Мы остаёмся!!! — выкрикнула Лариса зло…
Но Екатерина уже распахнула дверь настежь:
— Уходите все немедленно или я вызываю полицию!
Они начали собираться медленно: со слезами упрёками тяжёлыми взглядами… Дети всхлипывали; Елена обнимала их крепко; Лариса напоследок бросила фразу сквозь зубы:
— Ты ещё пожалеешь об этом!.. Сергей теперь наш!..
Когда дверь захлопнулась за ними окончательно Екатерина опустилась прямо на пол у входа дрожа всем телом от напряжения… Тарас остался стоять рядом…
— Катя…
— Уходи тоже… пока я ещё спокойна…
Он посмотрел ей прямо в глаза долго молча… В них читались боль растерянность сожаление…
— Я правда не хотел чтобы всё вышло так…
— Но ты позволил этому случиться…
Он взял куртку со спинки стула и вышел тихо прикрыв за собой дверь…
Оставшись одна среди тишины своей квартиры Екатерина долго сидела неподвижно прислушиваясь к звенящей пустоте вокруг себя… Она выиграла этот бой защитив своё пространство ценой потери мужа… Что дальше? Развод?.. Или он вернётся осознав?.. Она пока не знала ответа… Но впервые за долгое время почувствовала внутреннюю силу которую никто больше у неё отнять не сможет…
Она просидела так ещё долго после того как дверь закрылась за Тарасом окончательно… Квартира будто застыла во времени наполненная тишиной настолько плотной что звенело в ушах… Наконец она медленно поднялась прошла в гостиную огляделась вокруг себя: следы чемоданов на ковре разбросанные игрушки мальчиков забытые впопыхах пустая чашка из-под чая оставленная Ларисой на столике перед диваном… Всё казалось чужим словно буря пронеслась сквозь её дом оставив после себя хаос…
Она собрала вещи гостей аккуратно сложив их в пакет без злобы просто чтобы убрать из поля зрения то что напоминало о вторжении чужих границ… Потом заварила себе чай устроилась на диване позволив себе впервые за много недель заплакать по-настоящему тихо сглатывая слёзы катящиеся по щекам одна за другой…
Больше всего жгло чувство предательства: человек которого она любила которому доверяла оказался частью плана способного разрушить всё что она строила годами собственными силами…
Ночь прошла тревожно: сон приходил урывками прерываясь при каждом шорохе извне… На рассвете она поднялась приняла душ выбрала серый костюм который всегда придавал ей уверенности когда нужно было быть сильной — именно тот который надевала для важных встреч — и отправилась к юристу.