Тамара никогда и представить не могла, что её собственное жильё станет причиной раздора в семье.
Двухкомнатная квартира на четвёртом этаже в спокойном районе досталась ей полгода назад после ухода из жизни бабушки.
Старенькая Нина Михайловна оставила в наследство единственной внучке всё своё имущество — квартиру, дачу за городом и небольшие сбережения в банке.
Тамара очень трепетно относилась к бабушке.
Когда полгода назад Нины Михайловны не стало, Тамара долго и искренне переживала утрату.
Квартира хранила память о бабушке в каждой мелочи — старинной мебели, кружевных салфетках, фотографиях в рамках на комоде.
Владимир, супруг Тамары, сначала проявлял такт.
Он понимал, насколько трудно жене, придавал моральную опору, помогал с оформлением наследства.
Мужчина работал менеджером в торговой фирме, а Тамара была экономистом в муниципальном учреждении.
Жили скромно, но дружно, строили планы завести детей через пару лет.
Переезд в квартиру бабушки стал существенным облегчением для семейного бюджета.
Ранее молодые снимали однушку в отдалённом районе, и половина их зарплаты уходила на аренду.
Теперь возникла возможность откладывать деньги и строить планы на будущее.
Первые месяцы после переезда проходили спокойно.
Тамара постепенно занималась ремонтом — красила стены, меняла сантехнику, обновляла кухонный гарнитур.
Владимир помогал с мужскими делами, не высказывал никаких претензий к интерьеру, который жена подбирала по своему вкусу.
Однако со временем в разговорах мужа стали появляться странные замечания. — Тама, а ты не думала о том, чтобы переоформить квартиру? — спросил Владимир в конце августа, когда супруги сидели на кухне за чашкой чая. — В каком смысле переоформить? — удивилась Тамара. — Ну, чтобы на обоих.
Или хотя бы на меня.
Так будет надежнее. — Надежнее? — Тамара не уловила логику мужа. — Владимир, квартира оформлена правильно.
Все документы в полном порядке. — Я не о документах.
Просто если что-то случится, вдруг заболеешь или ещё что…
Лучше, когда недвижимость зарегистрирована на мужчине. — Что должно случиться? — нахмурилась Тамара. — Мне двадцать восемь лет, здоровье в порядке. — Мало ли.
Всякое бывает.
Да и вообще, семья должна быть одним целым.
А когда у жены отдельная собственность, это выглядит как-то странно.
Тамара промолчала в тот момент.
Она подумала, что муж просто волнуется за неё, хочет подстраховать семью на случай непредвиденных обстоятельств.
Но разговор вызвал у неё тревогу.
Квартира принадлежала Тамаре по праву наследования, зачем её переписывать?
Спустя неделю Владимир вновь затронул эту тему. — Тама, я тут подумал о нашей квартире… — начал он, перебирая документы на кухонном столе. — А что если оформить дарственную на меня?
Или хотя бы на нас двоих? — Зачем? — устало спросила Тамара.
День выдался утомительным, и она хотела просто отдохнуть. — Просто так, для порядка.
Мы же муж и жена, а живём в квартире, которая числится только на тебе. — Владимир, это моя квартира.
Бабушка завещала её мне. — Понятно, что твоя.
Но теперь мы живём здесь вместе.
Я тоже вкладываюсь в ремонт, оплачиваю коммунальные услуги. — И что с того? — начала раздражаться Тамара. — Ты мой муж, живёшь в моей квартире.
Это нормально. — Нормально, да.
Но как-то неправильно, когда всё оформлено на одного человека.
Вдруг между нами что-то произойдёт… — Что должно произойти? — резко спросила жена. — Да ничего!
Я просто теоретически говорю.
Вдруг поссоримся, разведёмся…
Я что, окажусь на улице?
Тамара внимательно взглянула на мужа.
В его глазах мелькнуло нечто странное — не любовь и забота, а скорее расчёт. — Владимир, если ты планируешь со мной развод, скажи прямо. — Да что ты говоришь? — замахал руками муж. — Какой развод?
Я тебя люблю!
Просто хочу, чтобы у нас всё было честно и прозрачно! — Честно? — усмехнулась Тамара. — Честно — значит, квартира остаётся у того, кому её завещали.
Владимир нахмурился, но тему не стал развивать.
Тамара решила, что мужа просто волнуют юридические нюансы, и через несколько дней он успокоится.
Однако успокоения не произошло.
В начале сентября разговоры о переоформлении квартиры стали ещё настойчивее.
И Тамара заметила, что к этим обсуждениям подключилась свекровь.
Людмила Ивановна, женщина пятидесяти пяти лет с волевым характером и привычкой вмешиваться в дела сына, стала навещать их гораздо чаще.
Раньше свекровь приходила к ним раз в неделю, теперь — через день. — Тамара, а ты не думала квартиру переоформить? — между делом поинтересовалась Людмила Ивановна, рассматривая новые занавески в гостиной. — Нет, не думала, — коротко ответила невестка. — А зря.
Надо думать о будущем.
Ты ведь не вечна, а Владимир — мой сын.
Он должен быть защищён. — От чего защищён? — удивилась Тамара. — От всего.
Мало ли что может случиться.
Вдруг ты заболеешь, попадёшь в больницу…
Или ещё хуже.
А Владимир что, останется на улице? — Людмила Ивановна, зачем вы так мрачно настроены? — попыталась улыбнуться Тамара. — Я здоровая, молодая. — Молодая, молодая… — скептически протянула свекровь. — А жизнь непредсказуема.
Умная женщина всегда позаботится о безопасности мужа. — Позаботится от чего? — Да от разных неприятностей.
Ты, Тамара, живёшь в доме моего сына, не забывай.
Благодаря кому у тебя крыша над головой?
Тамара широко открыла глаза от неожиданности. — Людмила Ивановна, это моя квартира.
Её мне завещала бабушка. — Твоя, да.
Но живёшь-то с Владимиром.
И он здесь не квартирант, а хозяин.
Должен же быть хозяином в своём доме! — Но дом не его, — возразила Тамара. — Как это не его?