Никто не стал поднимать шум: свекровь быстро сменила тему, заметив, что теперь это уже не имеет значения, и предложила позвать Тараса. Свёкор облачился в праздничный костюм и начал вручать подарки. Александр молчал, Кира посмеивалась, а Ева изо всех сил старалась сдержать слёзы.
Утром, первого января, Александр произнёс:
— На лжи ничего крепкого не построишь. Хорошо хоть всё выяснилось до покупки квартиры. Я подаю на развод.
Ева напрасно плакала и умоляла простить её: Александр был непреклонен. Даже свекровь встала на её сторону — не ради Евы, а ради Данила — но даже мать он слушать не стал. Развод — и точка.
— Чего ты так злишься? — удивлялась Кира, когда Ева позвонила ей с упрёками. — Это же правда всё. Если любит — не уйдёт.
После праздников они отправились оформлять развод. А спустя неделю Ева узнала о беременности. Увидев результат теста, она разразилась нервным смехом и тут же набрала Киру.
— Ну вот, — сказала она. — Всё решилось само собой. Теперь он точно останется.
— Я ему ничего не скажу, — твёрдо заявила Ева. — Он подумает, что я снова его обманываю.
— Вот именно! А если промолчишь — это и будет обманом! Нет уж, ты обязана сказать ему!
Но у Евы язык не поворачивался вымолвить это самой. Тогда за неё сказала Кира. Об этом Ева узнала от Александра: он пришёл поговорить с ней лично. Ситуация вышла странная: пока шёл процесс развода, Ева жила у его родителей, а сам он временно перебрался к другу. После оформления развода она собиралась брать ипотеку – но теперь на половину суммы рассчитывать уже нельзя было.
— Почему ты мне сама не сказала? — спросил он с обидой в голосе.
— Боялась… Думала, ты мне не поверишь или рассердишься.
— Глупая…
— Знаю…
— Я ведь так мечтал о втором ребёнке…
— И я…
Как-то само собой получилось: он прижал её к себе, она расплакалась у него на плече. Позже свекровь только вздохнула:
— Ну вот и славно!
Кире они отдали сто тысяч гривен – просто так, без обязательств вернуть долг или обещаний возврата – чтобы ни у кого больше не было поводов для тревог или недоверия. И пообещали друг другу больше никогда не лгать.