Виктория замолчала, обхватив кружку обеими ладонями.
– Я кричала, наверное, минут двадцать. А может, и дольше. Уже не помню. Сначала руки болели, потом вообще перестала их ощущать. Думала – всё, сейчас упаду. А они… они просто снимали на телефоны.
Леся опустилась на стул напротив. Виктория вдруг хмыкнула – неожиданно, почти как от смеха.
– А ты молодец. Я уже решила – всё кончено, никто не придёт. А ты появилась… как будто из фильма.
– В тапочках с зайцами. Представляю себе этот героический образ.
Обе рассмеялись – нервно, с надрывом, но всё же смех прорвался сквозь напряжение.
– Слушай, – Леся потянулась к ящику стола за ручкой и клочком бумаги. – Вот мой номер телефона. Если что – звони без колебаний. Вдруг полиция захочет получить показания или с этой собакой что-то выяснится. Или просто… ну мало ли, если накроет потом. Такое бывает после сильного стресса – я читала об этом.
Виктория аккуратно взяла листок, словно это была важная бумага.
– Спасибо тебе огромное. Правда… я даже не знаю, как выразить благодарность.
– Да брось ты, – отмахнулась Леся. – Любой бы на моем месте поступил так же.
– Нет… не любой бы стал действовать. Там стояли человек десять — и никто ничего не сделал. Только снимали на камеры.
Наступила тишина.
– Знаешь, о чём я думала тогда? Пока висела? – Виктория заговорила едва слышно и уставилась в кружку с остатками чая. – Я решила: если выберусь — никогда больше не останусь в стороне, если кому-то плохо будет… Никогда не стану просто наблюдать или снимать вместо того чтобы помочь.
Леся кивнула в ответ:
– Это правильное решение. Держись за него крепко.
Она проводила Викторию до дома и только потом огляделась по сторонам и осознала происходящее вокруг себя.
Тапочки превратились в два мокрых комка войлока; ночная рубашка под пуховиком прилипла к телу ледяной тряпкой; рассвет уже начинался… а к девяти — на работу.
Леся вошла в подъезд и поднялась к себе домой; первым делом сбросила промокшую одежду с себя почти рывком. Горячий душ стал пятиминутным раем для замерзшего тела; сухая пижама согрела кожу; новые шерстяные носки приятно обняли ступни.
Она легла под одеяло всё ещё немного ошеломлённая тем вечером — словно события были нереальными… Леся закрыла глаза и сразу погрузилась в глубокий сон без единого сна — будто провалилась в мягкую темноту тепла и покоя. Сквозь дремоту её губы тронула лёгкая улыбка: этот день она запомнит надолго…