— Оксана, давай разойдёмся достойно, по‑взрослому, без скандалов, — глубоким, тщательно поставленным голосом произнёс Дмитрий, эффектно засовывая правую руку за лацкан пиджака, будто актёр провинциального театра, примеряющий на себя роль Наполеона.
Я без лишних слов опустила на гладильную доску целлофановый чехол, который тихо зашелестел. Сквозь прозрачную плёнку переливалось пайетками нечто вызывающе‑фуксиевого оттенка.
— Твои монологи, Дмитрий, как обычно, тянут на статуэтку «Золотой микрофон», — невозмутимо заметила я, поправляя очки. — Но я всего лишь забрала из химчистки платье твоей… вдохновительницы. Квитанцию ты по рассеянности оставил в кармане летнего пальто. К слову, след от просекко на подоле им удалось вывести, а вот с испорченной репутацией они, боюсь, бессильны.
Дмитрий, которому стукнуло пятьдесят семь, бессменный ведущий свадеб и юбилеев районного масштаба, подавился заранее приготовленным трагическим вздохом. Он привык блистать перед аудиторией, а аудитория в моём лице отказывалась рыдать и устраивать сцены.
— Любовь — это стихия, Оксана! — предпринял он попытку отыграться, гордо расправив плечи. — Мой корабль просто поймал новый, свежий ветер!
— Твой корабль, Дмитрий, прибился к мастеру маникюра по имени Александра, которой всего двадцать четыре, — я аккуратно укладывала его рубашки в чемодан. — Надеюсь, этот бодрящий бриз не поднимет тебе давление и окончательно не лишит остатков самоуважения.
Так оборвались двадцать лет моей супружеской жизни. Я, Оксана, терапевт с тридцатилетним стажем, в пятьдесят один год осталась одна в пустой трёхкомнатной квартире. Без криков, без разбитой посуды. Жильё перешло мне от бабушки задолго до знакомства с этим мастером конферанса, поэтому делить нам предстояло лишь подержанный «Рено» да комплект хрустальных бокалов.
Однако родня Дмитрия смотрела на ситуацию совсем иначе.
Уже на следующий день на моём пороге возникла Романа, старшая сестра Дмитрия. Дама основательная, с причёской, напоминающей застывший взрыв на макаронной фабрике, и напором бульдозера.
— Оксана, я к тебе как к женщине и врачу!