Богдан, пошатываясь, вскочил на ноги и, прижимая к груди смятую рубашку, бросился прочь из спальни. Спустя мгновение хлопнула входная дверь. В квартире вновь воцарилась звенящая тишина.
Сергей стоял посреди разгромленной комнаты, тяжело дыша. Сердце бешено колотилось, словно у загнанного зверя. Дарина всхлипывала, свернувшись на краю кровати и глядя на мужа снизу вверх. В её взгляде смешались страх, раскаяние и мольба. А внутри Сергея разрасталась ледяная пустота, которую стремительно заполняла густая ярость. Он опустил взгляд — на полу лежал полосатый шёлковый галстук — тот самый, что принадлежал Богдану и был забыт в спешке. Чужая вещь в его доме.
Что-то внутри него окончательно сломалось. Он медленно наклонился и двумя пальцами поднял галстук, словно это была грязная тряпка. Рука предательски дрожала. Его взгляд скользнул к прикроватной тумбочке — нижний ящик был выдвинут наружу. До этого момента он не заметил этого в порыве гнева. Почти машинально он заглянул внутрь… и похолодел: там лежал чёрный ТТ — старый пистолет от деда-фронтовика, который Сергей хранил как память и всегда держал разряженным. Но теперь в нём была вставлена обойма, а предохранитель снят — кто-то привёл оружие в боевую готовность.
Несколько секунд Сергей ошеломлённо смотрел на пистолет. Всё рухнуло: доверие, любовь, дружба — всё рассыпалось вдребезги, как стекло разбитой рамки с фотографией… И теперь ещё это… Он медленно протянул руку и взял тяжёлое холодное оружие. Металл лёг в ладонь с пугающей естественностью — будто давно ждал этого момента.
Сергей выпрямился и медленно повернулся к жене. Дарина прижалась к стене спиной; её глаза расширились от ужаса при виде пистолета в руках мужа. Воздух застыл в напряжённой тишине. За окном где-то вдали прокатился первый весенний гром — как предвестник надвигающейся бури.
Первой нарушила молчание Дарина: она подняла дрожащие руки перед собой, словно пытаясь усмирить разъярённого хищника:
— Серёж… пожалуйста… опусти оружие… Нам нужно поговорить… умоляю… — голос её сорвался до еле слышного шёпота.
Сергей не ответил ни слова; он почти не слышал её за гулом крови в ушах. Всё плыло перед глазами: жена изменила ему… лучший друг предал… а он стоит здесь с заряженным пистолетом посреди своей спальни… Невероятно? Но это происходило по-настоящему.
Дарина осторожно соскользнула с кровати, всё ещё кутаясь в простыню; слёзы текли по щекам:
— Прости меня… прошу тебя…
Он продолжал тяжело дышать; рука с оружием оставалась поднятой, палец дрожал у курка… Сдерживать себя становилось всё труднее. Несколько секунд он просто смотрел на неё — бледную, униженную женщину перед ним… чужую теперь навсегда.
— Одевайся… — процедил он сквозь зубы.
— Ч-что?.. — она не сразу поняла смысл сказанного.
— Я сказал: оденься! — рявкнул он резко.
Дарина поспешно закивала головой и прижала руки к горлу от страха; Сергей сделал шаг назад и вышел из спальни, захлопнув за собой дверь.
Ему нужно было хотя бы немного прийти в себя… чтобы не совершить чего-то непоправимого прямо сейчас.
Гостиная встретила его обманчивым спокойствием: всё выглядело так же привычно и мирно — будто несколько минут назад его жизнь не рухнула под обломками предательства. На журнальном столике стояла кружка с недопитым кофе наполовину полная; Сергей узнал её сразу — та самая кружка с логотипом супергероя из комиксов, которую они вместе с Дариной подарили Богдану ко дню рождения год назад… Похоже, друг чувствовал себя здесь слишком уютно…
Этот мелкий штрих добил Сергея окончательно: он резко сбросил кружку со стола рукой; фарфор ударился о стену со стуком и разлетелся вдребезги; капли кофе поползли по обоям тёмными разводами… В нос ударил резкий запах свежего напитка.
Он упёрся руками в столешницу журнального столика: тошнота подкатила к горлу волной; виски стучали от напряжения так сильно, что казалось вот-вот лопнут сосуды; пальцы побелели от судорожного усилия удержать контроль над собой – только теперь он осознал: пистолет всё ещё был у него в руке…
Из распахнутого окна потянул прохладный ночной ветерок – шторы колыхнулись мягко; воздух нёс запах приближающегося дождя…
Сергей зажмурился на мгновение – перед мысленным взором всплывали фрагменты прошлых лет: вот Дарина смеётся рядом с ним у моря; вот Богдан хлопает его по плечу во время новоселья; вот их дети бегут по двору – сын и дочь – звонко смеясь…
Он тихо застонал от боли воспоминаний – всё было ложью? Или просто безвозвратно разрушено? Как собрать заново то, что уже обратилось в прах?
Из спальни донёсся скрип двери – Дарина нерешительно вошла внутрь гостиной… Она кутается в длинный шёлковый халат – тот самый подарок Сергея ей на прошлый Новый год…