Вероника ушла из жизни спустя четыре дня — спокойно, во сне. Дарына находилась рядом. Она не отпускала её руку до самого конца, а потом ещё долго сидела в опустевшей палате, не в силах осознать, что всё завершилось. Женщина, ставшая ей опорой в самые трудные времена и заменившая мать, покинула этот мир. А впереди ждало то, чего она боялась больше всего — раздел наследства.
Екатерина прилетела на похороны из Одессы, где проживала последние годы. Высокая, эффектная, в дорогих тёмных очках и стильном чёрном платье — она скорее напоминала актрису на съёмочной площадке трагедийной драмы, чем искренне скорбящую родственницу.
— Дарынка, привет! — формально обняв её и чмокнув в щёку, проговорила Екатерина. — Как ты держишься? Ужасная история… Я так переживаю.
Дарына промолчала. Её молчание говорило больше любых слов: сочувствие Екатерины казалось ей столь же фальшивым, как и идеально подобранный траурный наряд.
Прощание прошло скромно. На кладбище собрались лишь они вдвоём, несколько соседей и пара пожилых подруг Вероники. Екатерина держалась чуть поодаль от остальных: иногда вытирала глаза платочком, но большую часть времени была занята телефоном.
Когда поминки закончились и гости разошлись по домам, Екатерина осталась в квартире Вероники. Пока Дарына мыла посуду на кухне, та неспешно бродила по комнатам с оценивающим взглядом — будто приценивалась к вещам.
— Слушай, Дарынка… давай сразу без обиняков поговорим, — сказала она наконец и устроилась на диване. — Квартира отличная: трёшка в центре города метров восемьдесят… Сейчас такие стоят миллионов десять-двенадцать гривен. Мы ведь взрослые люди — давай решим всё мирно: продаём жильё и делим деньги пополам. И каждый идёт своей дорогой.
Дарына вытерла руки полотенцем и повернулась к ней:
— Я не хочу продавать эту квартиру. Здесь всё напоминает мне о Веронике…
— Воспоминания? — усмехнулась Екатерина с недоверием. — Дарынка… ну ты же взрослая женщина! Память живёт внутри нас, а не в стенах из кирпича или бетона! А деньги есть деньги… Шесть миллионов тебе достанется! Купишь себе хорошую квартиру поменьше — зато свою!
— У меня есть жильё,— отрезала Дарына спокойно.
— Ну да… твоя однушка на окраине,— скривилась Екатерина.— Но это ведь шанс улучшить условия жизни! А мне сейчас срочно нужны средства: запускаю проект с инвесторами… Так что лучше продать.
Дарына задержала на ней взгляд:
— Скажи-ка… ты вообще помнишь последний раз приезжала к Веронике?
Екатерина поморщилась:
— Причём тут это? Я живу в Одессе — это тебе не за углом сбегать…
— Один визит за пять лет… И тот был мимолётным,— тихо произнесла Дарына.— Она болела три месяца подряд… Ты даже ни разу не позвонила узнать о её самочувствии.
— Только не начинай сейчас давить на жалость! — раздражённо отмахнулась та.— У каждого своя жизнь! Я не могла всё бросить ради этого… У меня бизнесы свои там были… муж… дела всякие… А у тебя особо ничего нет — вот ты тут каждую неделю и бегала как заведённая! Но это вовсе не значит теперь, что квартира принадлежит только тебе! Закон один для всех: пополам! Подумай над моим предложением!
Она поднялась с дивана и взяла сумку:
— Я остановилась в гостинице неподалёку… Завтра пойдём к нотариусу оформлять документы по наследству. Созвонимся позже!
С уходом Екатерины воздух наполнился тяжёлым ароматом её духов и ощущением внутренней грязи. Дарына опустилась туда же на диван и закрыла лицо руками: хотелось плакать от бессилия и боли. Но вдруг пальцы наткнулись на маленький ключик в кармане брюк…
План Вероники начал воплощаться ещё утром перед похоронами: Дарына сходила в банк и открыла ячейку согласно инструкции тёти. Внутри действительно оказались все бумаги: договор кредита, страховой полис и подробное письмо-инструкция от руки самой Вероники. Девушка сфотографировала каждый документ на телефон.
Теперь она снова пролистала снимки этих бумаг на экране смартфона: всё было именно так, как рассказывала ей тётя при жизни… Оставалось только дождаться момента истины для Екатерины – момента знакомства с деталями кредита.
Этот момент настал быстрее ожидаемого: уже следующим утром они встретились у нотариуса.
Пожилая женщина с собранными волосами аккуратно разложила перед ними папку с бумагами:
— Согласно завещанию обе вы признаны наследницами квартиры,— начала она официальным тоном.— Жильё делится между вами поровну… Однако есть важное обстоятельство: за умершей числится непогашенный кредитный долг…
Она сделала паузу:
— Обычно о таких вещах предпочитают умалчивать за семейным столом… Но закон требует ясности: вместе с имуществом переходят также все долговые обязательства умершего лица. И эти долги распределяются между наследниками пропорционально их долям…