Мужчина сделал скриншоты, сохранил переписку на флешке, закрыл ноутбук, поднялся и направился на кухню. Мария уже накрыла стол и разлила суп по тарелкам.
— Проходи, ужин готов.
— Нет, — отрезал Богдан. — Я есть не буду. Мне всё ясно, Мария. И про Назара знаю, и о том, что он жив, и что ты ждёшь его возвращения. А я в этой истории — просто удобный кошелёк. Я прочёл твои письма.
Лицо жены побледнело до мелового оттенка. Ложка выскользнула из её руки и с глухим звуком упала на стол.
— Что ты такое говоришь? Какие письма? Ты влезла в мой компьютер? — голос её дрожал не от страха, а от ярости — обычно спокойный тон сменился резким напряжением.
— Да, влез. После того как услышал разговор твоей дорогой Ульяны по телефону. Она сказала: «Он доверчивый, как ребёнок». И она была права. Я действительно был наивен… но теперь всё изменилось.
Он пересказал ей содержание писем, цитируя её собственные слова. Сначала Мария пыталась всё отрицать, но быстро поняла бессмысленность этого и изменила поведение. Из глаз хлынули слёзы — Богдан никогда прежде не видел её плачущей.
— Богдан… пойми! Его признали погибшим! А потом он вышел на связь… Он скрывался из-за долгов и угроз… Он не мог просто так появиться! Ему нужно было время! А мне приходилось одной воспитывать сына! Ты был таким надёжным…
— Надёжным дураком, — холодно прервал он её оправдания. — Ты могла бы просто попросить помощи. Но вместо этого выбрала ложь — продуманную и постоянную ложь. Ты вместе с бывшей свекровью использовали меня ради своих целей. Где сейчас твой «воскресший» муж?
— Он у Ульяны живёт сейчас… оформляет документы… Богдан, мы можем поговорить! Мы же семья!
Он смотрел на неё с отчуждением: перед ним стояла уже не любимая женщина, а чужая и расчётливая личность.
— Семья? Это только видимость семьи. Завтра я обращусь к юристу, а ты соберёшь вещи и съедешь отсюда. В этой квартире тебе больше не место — она была куплена до нашего брака. Забирай сына и свои вещи с собой. Я больше не буду ему отцом — пусть родной займётся этим сам.
На следующее утро Богдан взял выходной день на работе. Первым делом он отправился к матери рассказать обо всём произошедшем и показал ей распечатки переписки.
Светлана выслушала молча… а затем тихо заплакала — это были слёзы обиды за сына.
— Вот почему она меня стороной обходила… Я мешала ей разыгрывать этот спектакль… Прости меня, сынок… что тогда тебя не остановила…
— Ты ведь ничего не знала тогда, мама…
Огорчённый мужчина нашёл адвоката по семейным делам: строгую женщину по имени Злата. Ознакомившись с материалами дела, та спокойно кивнула:
— Причин для расторжения брака более чем достаточно: сокрытие факта сохранения отношений с первым супругом при использовании вас в личных интересах вполне подпадает под юридические основания для развода. Брачного контракта у вас нет?
— Нет.
— Что было приобретено за время брака?
— Практически ничего общего нет: у неё своя машина была ещё до свадьбы; у меня тоже своя; квартира принадлежит мне; совместных накоплений нет; официально она нигде не работала…
— Упрощает дело…