Гордилась тобой, верила в тебя. А оказалось, я жила в спектакле, где на сцене был лишь один актёр.
— Ганна, это неправда…
— Не перебивай! — она резко повернулась к нему. — Впервые за столько лет я говорю то, что думаю, не подстраиваясь под твоё настроение.
Дмитрий замолчал, словно сжавшись под её взглядом.
— Знаешь, что ранит сильнее всего? Не измена. Не то, что у тебя есть дочь от другой женщины. А то, что ты считал меня настолько наивной, будто я ничего не замечу. Что мне хватит половины мужа и я буду этому рада.
— Я не думал о тебе плохо…
— Думал. Иначе сказал бы правду. Дал бы мне возможность самой решить — остаться или уйти. Но ты решил всё за меня. Счёл, что правда меня разрушит и лучше жить во лжи.
Ганна подошла к столу и взяла пустую чашку. Руки её были спокойны — удивительно, но она ощущала себя увереннее, чем за всю ночь.
— Где ты был? — спросила она спокойно.
— У Татьяны. Александра умерла вчера вечером. Девочка осталась одна и не знает теперь, как жить…
— И ты решил привезти её сюда?
— Я… хотел поговорить с тобой. Объяснить всё как есть. Татьяна хорошая девочка: училась в институте, работает…
— В нашем доме ей места не будет, — твёрдо произнесла Ганна.
— Но она моя дочь!
— А я была твоей женой. — Ганна поставила чашку в раковину. — Ступай к ней, Дмитрий. Стань отцом раз уж не смог быть мужем.
— Ганна… что ты хочешь этим сказать?
— Что наш брак закончился в тот момент, когда ты впервые солгал мне. Просто тогда я этого ещё не знала. Двадцать три года я жила в иллюзии брака.
Она прошла в спальню и достала из шкафа большой чемодан — тот самый, который они купили для медового месяца в Одессе.
— Куда ты собралась? — Дмитрий поспешил за ней следом.
— К Ульяне поживу немного у сестры, пока квартиру себе не найду.
— Ганна! Пожалуйста! Мы можем всё исправить! Я расскажу Татьяне правду — она поймёт…
— Исправлять уже нечего. — Она аккуратно складывала вещи в чемодан. — Ты сделал выбор двадцать три года назад. Теперь моя очередь выбирать.
— Я не хочу разводиться!
— А я больше не желаю быть твоей женой. — Она обернулась к нему с удивительным спокойствием на лице. — Знаешь о чём думаю? Мне пятьдесят девять лет… Возможно впереди ещё двадцать или тридцать лет жизни… И прожить их я хочу честно.
— Что значит «честно»?
— Не обманывать себя тем, будто счастлива рядом с человеком при котором чувствую одиночество; не делать вид будто доверяю тому кто годами скрывал правду; больше не играть роль любящей жены для мужчины с другой семьёй за спиной.
Ганна застегнула молнию на чемодане и сняла обручальное кольцо с пальца впервые за тридцать пять лет брака; оно лежало на прикроватной тумбочке до этого момента.
Она протянула кольцо Дмитрию:
— Вот это… передай Татьяне от меня: пусть знает цену права называться твоей дочерью.
— Ганна… прошу тебя…
— Я прощаю тебя, Дмитрий… По-настоящему прощаю… Ты ведь правда старался никого не обидеть… Хотел угодить всем сразу… Но прощение вовсе не означает согласие продолжать этот фарс дальше…
Взяв чемодан за ручку она направилась к двери… На пороге остановилась:
— Кстати… завтра записываюсь на танцы… Всегда хотела начать… но всё откладывала: думала – поздно уже или люди осудят… А сегодня поняла: по-настоящему поздно будет только тогда когда наступит конец…
― Ганна!
― Прощай же… Береги Татьяну… И себя тоже…
Дверь закрылась тихо – без хлопка… Спустившись по знакомой лестнице во двор залитый утренним солнцем – она вдохнула полной грудью…
Впереди была неизвестность – одиночество – необходимость начинать заново жизнь после пятидесяти девяти…
Но впервые за долгие годы она ощущала свободу…
Друзья мои! Поддержите лайком и подпиской на канал – впереди ещё много историй!
Читайте также: