— Ну… пригласим Екатерину, соседей… Я исполню песни, что играл Михайло.
— Богдан, ты ведь только начал учиться…
— И что с того? Михайло тоже когда-то был новичком. А потом выступал для людей.
Дарина внимательно смотрит на мужа — в его взгляде столько воодушевления, что невозможно сказать «нет»:
— Хорошо. Давай попробуем.
Вечером в субботу к ним заглядывают соседи: Екатерина, Роман с третьего этажа, молодая пара из соседнего подъезда. Богдан заметно нервничает — руки слегка подрагивают.
— Не переживай, — шепчет Дарина. — Главное — чтобы от сердца.
Он устраивается в центре комнаты и берёт гитару:
— Я… я хочу сыграть те мелодии, которые были дороги моему деду. Может, не всё получится идеально, но…
— Смелее, Богдан! — поддерживает Екатерина. — Не бойся!
Первая композиция — «Катюша». Голос немного дрожит, аккорды звучат не всегда чисто, но атмосфера царит особенная. Присутствующие начинают подпевать, кто-то даже утирает слёзы.
Затем звучат «Тёмная ночь», «Пусть всегда будет солнце»…
— Как же это замечательно! — делится впечатлением соседка после выступления. — Прямо как раньше во дворе собирались.
— А может теперь каждую субботу встречаться? — предлагает Роман. — Богдан будет играть для нас, а мы подпевать и слушать.
Так и повелось: каждую субботу их квартира наполняется музыкой и людьми. Богдан играет всё увереннее, его подбор песен становится разнообразнее. Постепенно приходят новые гости; некоторые приносят свои инструменты.
— Знаешь… — говорит Дарина поздним вечером после ухода последнего гостя, — как хорошо всё-таки вышло с этой гитарой.
— Ещё бы! — соглашается Богдан и бережно убирает инструмент в чехол. — Главное то, что Михайло был бы рад: его гитара снова приносит людям радость.
— А ты не жалеешь о том, что начал заниматься так поздно?
Богдан задумывается:
— Пожалуй… всё произошло тогда, когда нужно было. Раньше я бы не осознал: это важно не только для меня одного. Музыка существует для того, чтобы ею делиться.
Дарина кивает и смотрит на гитару:
— А я ведь думала: просто старая вещь… А оказалось – целый мир открыла нам.
— Это вовсе не хлам,— мягко возражает муж.— Это память о прошлом и традиция… которую мы продолжаем вместе с тобой.