«С чужими даже так не поступают!»
«Держись, брат, бумеранг вернется!»
«Вот стерва, ничего святого».
Я читала комментарии и ощущала, как во мне поднимается ледяная злость. Он решил действовать исподтишка. Ладно. Значит, играем по его правилам.
Я не стала публиковать оправдания. Вместо этого открыла на компьютере папку, которую методично собирала последние полтора года. На всякий случай.
Из всех материалов я собрала один файл в формате ПДФ.
Страница 1: банковская выписка. Переводы на карту Богдана за двенадцать месяцев. Итоговая сумма — 840 000 гривен.
Страница 2: квитанции об оплате его автокредита.
Страница 3: скриншот переписки, где он просит 50 тысяч «на лечение», а уже на следующий день публикует фото из сауны с подписью «Отдыхаем с пацанами».
Страница 4: чек за путевку в Турцию — ту самую, которую оплатила ему я.
В открытый доступ я это выкладывать не стала. Вместо этого отправила файл личными сообщениями.
Всем, кто поставил лайк под его публикацией. Всем родственникам. И троим его потенциальным партнерам, с которыми он в тот момент вел переговоры — их контакты он сам когда-то присылал мне, чтобы я проверила договоры.
Текст сообщения был коротким: «Прежде чем жалеть “бедного родственника”, посмотрите, во сколько обходится его содержание. Спонсорская программа завершена».
Спустя двадцать минут публикация Богдана исчезла.
Еще через час он удалил и саму страницу.
Вечером позвонил Василий. Два дня я игнорировала его звонки, но в этот раз все же ответила.
— Да, папа.
— Зачем ты парня добила? — голос звучал глухо, устало. — Инвесторы отказались с ним сотрудничать. Сказали, что с мошенниками дел не ведут.
— А он не мошенник? — спокойно спросила я. — Жить за счет сестры и обливать ее грязью — это как называется?
— Он тебе брат. Родная кровь. Так нельзя. Стыдно, Ярина. Перед людьми стыдно.
— Стыдно, папа, когда здоровый тридцатилетний лоботряс клянчит у сестры деньги на бензин. А мне не стыдно. Мне наконец легко.
Прошел месяц.
На дачу я больше не езжу. Ирина сказала, что пока не готова меня видеть. Я понимаю. Им нужно назначить нового виноватого в том, что жизнь Богдана пошла не так, и на эту роль я больше не подхожу.
Богдан устроился водителем в службу доставки стройматериалов. Виктория работает кассиром в супермаркете. Живут у тещи.
Я сижу на кухне, пью чай и смотрю, как за окном моросит дождь. Телефон молчит. Никто не просит денег, не жалуется, не давит на жалость.
Впервые за долгие годы я ощущаю спокойствие и уважаю себя.
Иногда вспоминаю тот тост. «За непутевую с дипломом».
Поднимаю кружку.
— За непутевую, которая наконец поумнела.
***
— Ирина, почему Виктория плачет и говорит, что я её сыночек? — громко спросил четырехлетний Клим у калитки детского сада.
Его услышала вся площадка.
Ярина застыла. Семь лет она ждала этого вопроса. И понимала — сегодня отмалчиваться уже не получится.
Оставить комментарий
Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий.
Свежие записи
Свежие комментарии
Архивы
Рубрики
Мета