— Ничего, сынок, и с этой справимся! — бодро произнесла свекровь во время новоселья. Моя мама в ответ встала и, не говоря ни слова, начертила у неё на лбу три огромные двойки.
Суббота, четыре часа дня. Их новая квартира, взятая в ипотеку на два десятилетия, наполнялась ароматами запечённой курицы с яблоками, свежей краски и лёгкого волнения. Оксана провела у плиты почти двое суток. На столе уже красовались оливье, селёдка под шубой и салат с крабовыми палочками. Блюд было немного — как наверняка прокомментировала бы свекровь — но нарезано всё было до идеальности ровными кубиками. В духовке томилась курица. Оксана в который раз поправила аккуратно сложенные тарелки.
Раздался первый звонок в дверь. Пришла мама Оксаны — Марьяна — в скромном платье, с подарком: упаковкой качественного чая и комплектом белоснежных кухонных полотенец.
— Оксаночка, как же у тебя уютно! — сказала она, обняв дочь. — И пахнет просто чудесно… Ты не переутомилась?
Через десять минут прозвучал второй звонок. На пороге появилась свекровь Раиса в норковой накидке, несмотря на майскую жару. За ней следовали её муж Марк и сам именинник Богдан, который встретил их у подъезда.
Раиса не вошла — она ворвалась.
Не снимая верхней одежды, направилась из прихожей прямо в комнату. Остальные — муж, сын и обе женщины — молча пошли за ней следом. Осмотр начался с коридора: Раиса остановилась возле стены, где они с Богданом ещё не успели наклеить последний кусок обоев.
— Богданчик! Я ведь говорила тебе: надо было искать девку с руками золотыми, а не ту книжную черепаху! — громко заявила она так, чтобы все слышали. — Так ты всю жизнь и проведёшь в этом сарае… Мы бы с Лесей за вечер всё заклеили!
Богдан приоткрыл рот для ответа, но мать уже двинулась дальше по квартире.
Следующей её целью стала кухня-гостиная. Подойдя к окну, она провела пальцем по пластиковому подоконнику сквозь белоснежную перчатку; подняв его вверх продемонстрировала всем тонкую полоску пыли.
— Пыль… Ну конечно! Когда вам тут убираться? Вы же витаете где-то там со своими тетрадками…
Оксана молчала; лицо её побледнело.
Наконец Раиса подошла к столу и заглянула в салатницу с оливье…