что я себе думаю, и что ты себе воображаешь, а вообще, все вменяемые люди в нашем возрасте уже обзавелись по меньшей мере пятью детьми, а тебе всё весело да смешно. А вы случайно не разругались? А тебя вдруг не уволили? Или, может быть, ты заболела? Короче говоря — немедленно возвращайся домой, бери мужа под руку, запирайтесь в спальне и не выходите оттуда до тех пор, пока ребёнка не родите!
— Дела плохи, родная моя. Теперь они нас точно не оставят в покое!
— А как там с твоей квартирой? Ребята скоро съезжают? Может быть, там нас будут меньше доставать?
— Да где там! Конечно съедут — мы туда переедем. Но это ничего не изменит: доставать всё равно будут.
— Верно говоришь. Ну почему они никак не поймут: дело ведь не в том, что мы не можем завести детей — мы просто этого не хо-тим!
— Вот именно! Вся проблема как раз в том, что они поняли: мы сознательно этого избегаем! Если бы речь шла о болезни или ссоре — тут бы сразу подняли на ноги всех подряд: врачей, психологов, родственников… А так — ступор. Почему нет детей? Потому что не хотим! Как это — просто так?! Не укладывается у них в голове. Мне кажется, они бы скорее поверили в то, что мы вступили в какую-нибудь секту или стали чайлдфри. А тут — ни объяснений тебе толком, ни оправданий… Говорю маме: «Родим обязательно! Только дайте нам время!»…
— …а она всё пытается выяснить: сильно ли мы повздорили или вдруг я тяжело заболела. Или вообще скрываю от тебя какие-то юношеские грехи — вроде аборта в пятнадцать лет и его последствий! – с грустью добавила Анастасия.
— Ладно уж… Давай хотя бы постараемся ситуацию дальше не обострять. Переедем наконец в квартиру — хоть немного дистанции будет между нами и родителями. Я ещё подумаю над тем, как можно смягчить их напор.
Анастасия лишь пожала плечами: молча дала понять – «Что тут поделаешь?» Но впадать в отчаяние она явно пока не собиралась.
***
Прошло несколько месяцев. Они уже обустроились на новом месте и научились хоть как-то отражать нескончаемые атаки со стороны родителей. В один из вечеров Анастасия встретила мужа с каким-то странным выражением лица. Посадила его за кухонный столик и поставила перед ним ужин. Сама молчала долгое время… Потом внимательно посмотрела Александру прямо в глаза.
— Знаешь… даже самые надёжные способы защиты иногда дают осечку… – произнесла она после долгой паузы.
— Что ты имеешь в виду? – Александр аккуратно отложил вилку на край тарелки.
— Именно то и имею… Похоже, нам больше нет нужды предохраняться.
— Но как же так?.. Мы ведь всё предусмотрели… У нас же были планы…
— Какие ещё планы, Сашенька? Мне кажется наша Александровна просто устала слушать бесконечные разговоры с родителями и решила появиться на свет без промедления!
— А может быть это наш Александрович решил вмешаться? – нерешительно предположил он.
— Может быть и он… Посмотрим по ходу дела… Надеюсь только одно — у нас с тобой разногласий по поводу появления этого настырного создания на свет точно не возникнет?
— Ты что! Какие могут быть споры?! Теперь я только об одном думаю: как бы подольше скрывать эту новость от наших ненаглядных родителей…
— …а потом убедить их окончательно: никакое давление тут ни при чём!
Они рассмеялись и крепко обнялись друг друга. Александр подвёл черту:
— На лыжную базу теперь года на четыре-пять можно забыть…
— Зато когда выберемся туда снова — уже втроём! С Александровной или Александровичем! – последнее слово всё-таки осталось за Анастасией.