Теперь Оксана всё чаще ловила себя на мысли, что, возможно, окружающие были правы. Похоже, она взялась за Александру слишком поздно — девочка уже успела впитать в себя многое от своей родной матери и непростой жизни в интернате.
— Не зря говорят: от осины не вырастет апельсин, — с горечью размышляла Оксана. — Видимо, наследственность оказалась сильнее любых усилий по воспитанию…
Через несколько дней она решительно направилась к дочери. В голове у неё уже давно сложился план: пора расставить всё по местам, пока ситуация окончательно не вышла из-под контроля. Зайдя в квартиру, она даже не стала разуваться — пол был настолько грязным, что это казалось бессмысленным. Пройдя прямо на кухню, где Александра возилась с кастрюлями, Оксана сразу перешла к делу.
— Почему молчишь? — резко начала она без всяких приветствий. — У тебя старшая девочка в этом году идёт в школу. Ты ей форму купила? А учебники? Канцелярские принадлежности?
Александра удивлённо подняла взгляд — такого напора она явно не ожидала. Она попыталась что-то сказать в ответ, но мать её перебила:
— Хоть заявление на приём в первый класс подала? Или надеешься, что всё само собой устроится? Это же дети! Их нельзя просто оставить на произвол судьбы!
Александра лишь на мгновение встретилась с ней глазами и тут же отвела взгляд вниз — будто боялась выдать то, о чём предпочитала молчать. Внутри у неё всё сжалось: да, заявление она действительно подала. Но дальше начинались сплошные трудности.
Собрать Дарину к школе оказалось гораздо затратнее, чем Александра могла предположить. Когда она впервые увидела список нужных вещей, у неё перехватило дыхание: тетради, ручки и карандаши казались мелочами до тех пор, пока не увидела итоговую сумму на кассе магазина. “За пачку бумаги такие деньги?!” – недоумевала она перед витриной. А стоимость школьной формы вообще вызывала приступ паники! Приходилось выбирать самое дешёвое или искать подержанные вещи.
К счастью, форму для Дарины удалось достать бесплатно — соседка отдала комплект своей дочери; та уже выросла из него. Да, костюм был великоват по размеру… но Александра старалась видеть в этом преимущество: “Дарина за год подрастёт — ещё пригодится”. Она мысленно перебирала возможные способы сэкономить хоть немного средств.
В этот момент Оксана вдруг выпрямилась и заговорила сухим голосом:
— Я пришла не просто так. Весь город уже судачит о том, что ты не справляешься с детьми. Мне об этом говорили неоднократно… Я больше не могу делать вид, будто ничего не происходит.
Её интонация звучала официально и холодно — словно зачитывалась бумага из учреждения. Каждое слово эхом отдавалось в напряжённой тишине кухни.
Александра медленно подняла голову; во взгляде мелькнула слабая надежда: может быть… мать пришла помочь?
— Значит… ты хочешь поддержать меня? Решила помочь? – спросила она тихо и осторожно.
Оксана чуть склонила голову набок и после короткой паузы выпалила то, что давно носила внутри:
— Отдай мне Дарину под опеку. Что ты можешь ей дать сейчас? Ничего! А я обеспечу ей нормальные условия жизни: хорошее образование и стабильность без нужды.
Она замолчала на секунду — словно дав дочери время переварить услышанное — а затем добавила:
— Если согласишься… я помогу тебе деньгами и куплю жильё где-нибудь неподалёку от другого города Украины. Прости уж… но мне бы хотелось избежать лишних разговоров среди знакомых из-за твоей ситуации.
Сначала Александра даже подумала, что ослышалась — настолько абсурдным показался ей этот разговор. Отдать свою дочь? Ту самую Дарину… которую носила под сердцем девять месяцев… которую качала ночами на руках… которая смеялась звонко-звонко от щекотки по ступне?.. Мысль об этом вызвала у неё мгновенный протест; грудь сдавило так сильно, будто воздуха стало меньше.
— Как ты можешь такое говорить?! – сорвалось у неё непроизвольно; голос дрогнул от боли и возмущения. – Это же моя дочь!
Но Оксана лишь равнодушно пожала плечами – будто речь шла о какой-то бытовой мелочи вроде покупки кастрюли:
— Я предлагаю решение проблемы… Ты ведь сама видишь своё положение.
Александра больше ничего не сказала – ей нужно было время осмыслить услышанное предложение матери. Позже вечером, когда дети наконец уснули крепким сном после шумного дня, она пересказала всё мужу – запинаясь и тщательно подбирая слова… Надеялась услышать поддержку или хотя бы возмущение…
Но реакция супруга оказалась неожиданной: он задумчиво потёр подбородок… а потом глаза его загорелись каким-то практичным блеском – он явно начал прикидывать выгоду такого варианта развития событий для себя лично. Девочки давно его раздражали: шумные да суетливые… постоянно чего-то хотят… “Вот если бы сын был…” – думал он нередко раньше… – “С мальчиком было бы проще”.