«Ну и ловко же ты всё придумала!» — прошипел он с откровенной злостью, она окаменела и сдерживала слёзы

Подлость и жестокость сделали момент невыносимым.

— Меня зовут Андрей Николаевич. Я представляю интересы Алины. И, что более важно, интересы моего будущего внука.

Игорь почувствовал, как по спине пробежал липкий пот.

— Я… я готов признать ребёнка, если…

— Поздно, — перебил его гость. — Алина отказалась от любых требований к вам. Она лишила вас права даже знать имя этого мальчика. Я пришёл лишь за тем, чтобы вручить вам это.

Он протянул Игорю папку. Внутри были чеки. Чеки на каждую чашку кофе, на каждый обед, на каждый подарок, который Игорь когда-либо ей покупал. Сумма была переведена на его счёт с процентами.

Screenshot

— Она не хочет, чтобы её сын имел хоть малейшее отношение к человеку, который измеряет жизнь «трюками». Теперь вы официально — никто.

Часть 3: Пять лет спустя

Прошло пять лет. Игорь превратился в тень прежнего себя. Бизнес он сохранил, но это была лишь бесконечная гонка ради цифр, которые его больше не радовали.

Он жил в той же квартире, но теперь она казалась ему склепом. Каждое утро он просыпался с мыслью о том, каким мог бы быть его сын. Сколько ему сейчас? На кого он похож? Умеет ли он уже читать?

Интрига его жизни превратилась в пытку. Он пытался искать её через детективов, но те лишь разводили руками: «Информация закрыта на высшем уровне».

Однажды, будучи в небольшом приморском поселке по делам, он зашёл в местную пекарню. Там пахло ванилью и свежим хлебом — так же, как когда-то пахло в их маленькой съёмной квартире, которую они снимали в самом начале.

У окна сидела женщина. Она читала книгу, помешивая чай. Рядом с ней маленький мальчик с тёмными, как у Игоря, вихрами сосредоточенно раскрашивал картинку.

Сердце Игоря пропустило удар. Это была она. Алина стала взрослее, в её образе появилась спокойная, уверенная сила. Она больше не была «серой мышью». Она была женщиной, которая обрела себя через боль.

Игорь сделал шаг к ним, его руки дрожали.

— Алина…

Она подняла голову. В её глазах не было ненависти. Не было боли. В них было самое страшное — полное, абсолютное равнодушие. Она смотрела на него так, как смотрят на случайного прохожего, чей облик забудется через секунду.

Мальчик поднял голову и посмотрел на Игоря.

— Мама, это твой знакомый?

Алина мягко коснулась плеча сына и улыбнулась.

— Нет, Павлик. Это просто человек, который ошибся дверью. Собирайся, нам пора.

Продолжение статьи

Бонжур Гламур