— Родственникам не обязательно звонить — с близкими связь держат сердцем! Ярина, ставь сумки в прихожей, на диван не клади — там, наверное, пыльно. Мария ведь работает, ей некогда убираться.
— У нас нет пыли, бабушка, — отозвался Богдан, лениво прислонившись к дверному косяку. — Это у нас экологически чистый барьер от незваных визитёров. Но сегодня защита дала сбой.
— Шутник нашёлся, — пробурчала Ярина, волоча тяжёлую сумку по моему паркету и оставляя на нём царапину, словно порез по душе.
К обеду дом напоминал зал ожидания вокзала. Ярослав метался с чайником в руках, стараясь угодить маме, которая с видом ресторанного критика из Мишлена находила недостатки в моём борще. Ярина развалилась на диване во всю длину и листала новости в телефоне, жалуясь на слабый интернет.
— Сигнал еле тянет… Как и ваше гостеприимство, — вздыхала она.
— Всё отлично ловит, тётя Ярина, — парировал Богдан, не отрываясь от учебника. — Просто Wi-Fi тоже не выдерживает такого давления авторитетом.
Галина метнула на внука взгляд хищной птицы, но промолчала. Её планы были масштабнее воспитательных бесед. Она готовила почву для главного разговора.
Вечером мы собрались за ужином (я намеренно ограничилась салатом без горячего блюда — чтобы никто не подумал о чрезмерном достатке), и началась основная сцена.
— Ох ты ж мой Ярославчик… — начала свекровь с томным вздохом. — Совсем мне тяжело стало в городе. Воздух спертый… Эти выхлопы… Врач сказал: только свежий воздух спасёт.
— Да-да! — подхватила Ярина с энтузиазмом и положила себе третью порцию «не слишком питательного» салата. — Маме нужен покой и природа. Мы тут нашли один домик в деревне… Речка рядом… Настоящая идиллия!
Ярослав напрягся: я заметила, как его рука застыла с вилкой на полпути ко рту.
— Дом хороший? — спросил он осторожно.
— Превосходный! — оживилась Галина. — И цена приятная: всего миллион двести тысяч гривен! У нас с Яриной уже есть двести тысяч… Осталось найти миллион. Ну мы подумали… Вы же в Киеве живёте! Деньги гребёте лопатой! Вам этот миллион что? Плюнуть да растереть!
Я медленно положила нож на столешницу. Звук получился звенящим и холодным – как финальный аккорд приговора.
— Галина… — произнесла я мягко-мягко. — А «гребём лопатой» вы про снег зимой? Потому что банковские счета у нас не из резины…
— Ой да брось прибедняться! — фыркнула золовка. — У Ярослава новая машина стоит под окнами! Ты ходишь в мехах! А родная мать задыхается в душной квартире – а вы тут роскошествуете?
— Ярина… — вмешался Ярослав устало. — Никто здесь не купается в богатстве… У нас ипотека висит над головой… Богдан скоро поступать будет…
— Ипотека?! – всплеснула руками свекровь театрально. – А мать тебе что – чужая? Это же святое дело! Я тебя растила одна-одинёшенька… ночами над тобой сидела… А ты теперь жалеешь мне старость достойную устроить?..