Постепенно и Стефания начала уставать от происходящего. Она всё чаще замечала, с каким рвением муж спешит «выручать» соседку.
— Опять? Спаситель нашёлся! — процедила она сквозь зубы, бросив в его сторону язвительное замечание.
Но Богдан её уже не слушал. Перед его глазами стояли испуганные глаза Антона, прижавшегося к матери, и бледное лицо Софии, искажённое страхом.
Разобравшись с Мироном, Богдан по привычке отвёл женщину с ребёнком к себе домой — подальше от беды. Стефания постелила им в гостиной.
С наступлением вечера София старалась отблагодарить своих спасителей: приносила домашнюю выпечку — пирожки, булочки, всё, что удавалось приготовить.
Так между соседями завязалась дружба. Вскоре София с Антоном стали частыми гостями у Стефании и Богдана. Женщина предлагала помощь по хозяйству, а мальчик…
Он тянулся к Богдану как к герою — сильному, надёжному мужчине с запахом табака и спокойным голосом. Тот же в ответ начал покупать ему игрушки: чинил поломанные машинки, однажды принёс металлический конструктор, потом — футбольный мяч.
У Стефании и Богдана детей не было. Сначала они просто хотели пожить вдвоём. Потом стало ясно: не получается. Эта тихая боль незримо присутствовала в их доме как третий обитатель.
И вдруг появился этот мальчик… Его открытые глаза…
Стефания держала себя в руках дома: ни слова упрёка не высказывала. Но на работе чувства прорывались наружу. Курилка стала её личной зоной разрядки.
— Представляете? Опять среди ночи соседка пришла вся в слезах! — горячо делилась она с коллегами. — Её муж снова устроил дебош! Я бы на её месте давно выставила такого за дверь! Ни минуты бы не терпела!
— Может, любит его? — осторожно предположила старшая сотрудница Валентина.
— Какое там чувство! — фыркнула Стефания. — Ни рыба ни мясо! Жалкий телёнок! Я бы давно порвала с этим пьяницей!
— А может, ей просто идти некуда? — вставила молоденькая Дарына. — С ребёнком ведь трудно одной…
— Да ничего подобного! — возмутилась Стефания и выпустила тонкую струйку дыма изо рта.