Зато теперь всем стало ясно — халявных праздников больше не предвидится.
Спустя неделю Анастасия написала: «Полина, извини, я не это имела в виду. Не хотела, чтобы ты нам счета предъявляла».
Я ответила: «Анастасия, ты же сама говорила о справедливости. Вот она и есть. В следующий раз подумай, прежде чем предлагать делить всё поровну».
Больше она не писала. Марфа целый месяц не звонила. Потом всё-таки набрала Тараса и сказала, что переведёт десять тысяч в счёт долга. Перевела пять. Больше ничего не присылала.
На восьмое марта я никого не звала. Приготовила ужин на двоих с Тарасом — простые блюда, обошлось в четыре тысячи гривен. Анастасия написала: «Почему не пригласила?»
Я ответила: «Не хочу снова остаться в минусе. Хотите отмечать — организуйте сами».
Она обиделась и неделю молчала. Потом предложила встретиться в кафе и разделить счёт пополам. Я согласилась. Мы поужинали, каждый оплатил свою часть — без споров и претензий.
Антон с Надей пригласили нас на день рождения дочери — праздновали в ресторане. Счёт поделили на всех поровну. Тарас спокойно оплатил нашу долю.
Новый год Марфа встречала у Анастасии дома и позвала нас тоже. Я спросила: «А кто готовит и кто платит?» Анастасия ответила: «Я готовлю, каждый приносит по салату и бутылке». Я согласилась — принесла салат за восемьсот гривен и вино за тысячу двести. Анастасия приняла всё без упрёков или недовольства.
Теперь праздники проходят честно — каждый участвует финансово, никто один больше не тянет весь груз расходов.
Я больше не трачу полтора года своей зарплаты на родственников, которые воспринимали это как должное.
Потому что «давай по-честному» обычно говорят те, кто хочет платить меньше за чужой счёт; «мы же родня» вспоминают те, кто привык к бесплатным пиршествам; а «ты спятила» кричат те, кому вдруг впервые предъявили счёт за еду за все эти годы.
Один раз я выставила семье счета за праздник — и миф о бескорыстном гостеприимстве рассыпался в прах.
Семь лет я потратила почти два миллиона гривен на семейные застолья — никто ни разу даже не предложил возместить часть расходов.
Когда золовка заговорила о справедливости, я подсчитала затраты и на следующем торжестве вручила каждому гостю персональный счёт.
Родственники были возмущены, обозвали меня стервой — но деньги всё же перевели.
Теперь все праздники проходят вскладчину, и никто уже не смеет требовать бесплатного угощения.
Интересно наблюдать теперь за тем, как золовка объясняет своим подругам перемены во мне?
Анастасия жалуется Эмилии: «Полина совсем обнаглела! Выставляет нам счета за праздник как будто мы ей чужие люди!»
Марфа сокрушается соседке: «Невестка совсем с ума сошла! Требует с меня сто семьдесят девять тысяч гривен за то, что я у неё ела! Позор какой…»
Антон сказал Наде: «А Полина молодец! Всех расставила по местам! Мы семь лет сидели у неё на шее и даже этого не замечали».
Юлия шепчет подругам: «Полина теперь деньги с родни трясёт… Жадная стала до невозможности… Раньше другой была».
А Тарас признался другу: «Полина была права… Мы реально пользовались её щедростью годами… А потом ещё возмущались, когда она наконец выставила счёт».