Ветер крепчал, трос едва заметно повело в сторону.
— Василий, там просвет всего полметра, да ещё и боковой порыв! — в рацию влез Тимофей, напарник Василия, плотный мужчина в неизменной замасленной робе. Именно на нём держалась вся практическая часть работы, пока начальник раздавал распоряжения.
— Не учи меня, Тимофей! — рявкнул Василий. — Богдан, поднимай! Если заденешь — вычту из зарплаты. И с тебя, и с твоей родни до седьмого колена!
Богдан крепче стиснул рычаги. Костяшки побелели. Кран он ощущал как собственную руку — каждое движение отзывалось в теле. Бадья прошла безупречно, не чиркнув по бетону ни на сантиметр.
Вечером вся смена собралась в бытовке. Василий демонстративно наливал чай из термоса — исключительно себе. Остальные ограничились водой из кулера.
— Видели, как я сегодня всё разрулил? — громогласно вещал он, откусывая бутерброд с колбасой. — Если бы не моя команда, этот косорукий Богдан бы полдома снёс. Пришлось буквально по миллиметру его вести. Квалификации — ноль, одно название.
Богдан сидел в углу, не поднимая взгляда. Слова будто гвоздями застревали внутри.
— Вообще-то, он сам справился, — негромко заметил Тимофей, продолжая листать накладную. — Ты в тот момент по телефону с какой-то дамой болтал.
— ЧТО?! — Василий вскочил. — Ты, Тимофей, не перепутал? Здесь я главный! Я — мозг! А вы — всего лишь руки. Да ещё и грязные, бестолковые. И ты, Богдан, не думай, что я забыл прошлый месяц. Премии не будет. Слишком медлительный. Тормоз по жизни. Слыхал, жена-то от тебя ушла? Нашла, видать, кого побогаче да поживее.
В бытовке повисла тишина. Кто-то тихо прыснул — кажется, стажёр Алексей, старавшийся заслужить расположение начальства. Богдан медленно поднял голову. В его взгляде не осталось привычной настороженности — только холод.
— Не твоё дело, Василий, — глухо произнёс он.
— Моё! — Василий шагнул вплотную и ткнул пальцем ему в грудь. — Здесь всё моё. Твоя зарплата, твоя репутация. Захочу — уволю по статье. Захочу — отправлю сортиры драить. Ты — никто, Богдан. Пустота.
Богдан не ответил. Но внутри уже щёлкал невидимый таймер — отсчёт пошёл.
Часть 3. Холодный расчёт швейной иглы
Кафе, выбранное для встречи, оказалось слишком светлым и вычурным для человека в рабочей куртке. Богдан чувствовал себя чужим среди стекла и хрома, тогда как Мария за столиком у окна выглядела так, будто всегда принадлежала этому месту. На ней был новый тёмно-синий костюм строгого кроя — безупречно сидящий, явно созданный её руками.
— Ты осунулся, — спокойно заметила она, помешивая латте. Без сочувствия, просто факт.
— Наталья не любит готовить, а у меня времени нет, — пробормотал Богдан, присаживаясь напротив. — Мария, ты как?
— Прекрасно, Богдан. Более чем.
Она вынула из сумки планшет и показала снимки. Просторный, залитый светом цех. Ряды швейных машин, рулоны тканей, стеллажи с готовыми костюмами супергероев и сказочных принцесс.
— Взяла кредит на развитие малого бизнеса. Решилась рискнуть. И знаешь что? Заказов — на три месяца вперёд. Детсады, школы, ивент-агентства.
— А Наталья говорила… — начал Богдан и осёкся.
— Что я приползу обратно? — Мария усмехнулась. Улыбка вышла острой. — Твоя Наталья меряет людей по себе. Думает, всё держится на страхе и зависимости. А на самом деле — на умении вцепиться и не отпустить.
Она наклонилась через стол ближе.
— Понимаешь, зачем я тебя позвала? Не хвастаться. Мне нужен заведующий складом и логист. Тот, кто разбирается в технике и умеет держать порядок. Не трепач и не вор. Плачу вдвое больше, чем твой разжиревший Василий.
Богдан растерянно моргнул.
— Ты… предлагаешь мне работу? У себя?
— Да. Но с условием. Свои проблемы ты закрываешь сам. Жёстко. Без нытья. Мне не нужен человек, об которого вытирают ноги.
Она внимательно посмотрела на него.
— Я вижу, что с тобой творит этот упырь на стройке.