— Я ей не хамила, — ровно ответила Анна.
— Она звонила мне в таком состоянии, будто у неё сейчас истерика начнётся.
— Значит, пусть разбирается со своими эмоциями.
— Нет, Анна! — Дмитрий повысил голос. — Это уже касается не только её. Это касается нас всех!
Анна прикрыла холодильник и повернулась к нему.
— Наши трудности начались не сегодня. Они начались тогда, когда ты решил, что можешь распоряжаться тем, что тебе не принадлежит.
Дмитрий с силой хлопнул ладонью по столешнице.
— Да сколько можно твердить одно и то же!
— Что именно?
— Вот это твоё бесконечное «моё»!
— Потому что так и есть. Это действительно моё.
Он коротко, нервно усмехнулся, будто услышал нечто нелепое.
— Ты говоришь так, словно мы тебе посторонние.
Анна внимательно посмотрела ему в лицо.
— А ты последнее время разговариваешь со мной так, будто моего мнения вообще не существует.
Дмитрий шагнул ближе.
— Ты правда готова развалить семью из-за какой-то дачи?
Она не дрогнула.
— Нет. Семью разрушает не дача. Семью разрушает человек, который считает нормальным раздавать чужое имущество.
Дмитрий отвернулся, будто сдерживался. А потом произнёс то, после чего у Анны внутри всё окончательно похолодело:
— Илья всё равно туда въедет.
Она медленно переспросила:
— Что ты сказал?
— Я сказал, что он туда въедет.
— На каком основании?
— Придумаем.
Пальцы Анны сами собой вцепились в край столешницы.
Теперь всё стало предельно ясно.
Никакой просьбы о помощи уже давно не было. Они между собой всё решили. Дача для них, похоже, уже числилась почти общей, а её согласие считалось какой-то лишней формальностью.
На следующий день Анна оформила отгул и с утра поехала за город.
Дорога заняла почти три часа. В электричке она сидела у окна, не открывая телефона и почти не двигаясь. За стеклом мелькали станции, серые заборы, дачные посёлки, а в голове снова и снова звучала одна и та же фраза:
«Илья всё равно туда въедет».
Так, будто её мнение не имело никакого веса. Так, будто она была не собственницей, а временной помехой, которую надо как-нибудь обойти.
Когда Анна отперла калитку, напряжение немного отпустило.
Участок встретил её тихо. Лишь ветер шуршал в ветках старой яблони, да где-то за соседским забором скрипнула калитка.
Она прошла по дорожке к дому, открыла дверь и задержалась в прихожей.
Здесь всё принадлежало ей.
Полки.
Лампы.
Старые занавески.
Даже криво вбитый гвоздь у входа.
Именно поэтому Анна так остро чувствовала опасность. Она прекрасно знала, чем заканчиваются истории про «поживём немного, пока не устроимся». У одной её коллеги родственники тоже заехали «временно». В итоге прожили почти два года, отказывались съезжать, а потом пришлось вызывать полицию, менять замки и вывозить их вещи чуть ли не мешками.
Анна прошла в спальню, открыла шкаф и достала папку с бумагами.
Свидетельство о наследстве.
Выписка.
Все документы лежали на месте.
После этого она позвонила мастеру.
Замки заменили в тот же день. Без сцен, без крика, без лишних объяснений.
Новые ключи Анна положила в сумку. Старые с этого момента ничего не открывали.
Дмитрий понял всё почти сразу, как только она вернулась домой.
— Ты поменяла замки?
— Да.
Он смотрел на неё так, словно она совершила что-то чудовищное.
— Ты вообще в себе?
— Вполне.
— Ты даже мне ключ не оставила?
— А почему я должна была это сделать?
Дмитрий резко отвернулся.
— Это уже какая-то мания преследования.
Анна спокойно сняла обувь и поставила её к стене.
— Нет. Это ответ на фразу: «Они всё равно въедут».
— Я сказал это на эмоциях.
— А я сделала выводы.
Он некоторое время молчал. Потом, будто между делом, бросил:
— Мама считает, что ты перегибаешь.
Анна медленно подняла на него глаза.
— А твоя мама каким образом относится к моему дому?
— Вся семья в шоке от твоего поведения.
Она коротко кивнула.
— Прекрасно.
— Тебя это вообще не волнует?
— Волнует другое. Мне интересно, почему ваша семья решила, что имеет право пользоваться моим домом.
Дмитрий раздражённо махнул рукой.
— Опять ты за своё…
— Нет, Дмитрий. Именно в этом и заключается проблема.
Он опустился на стул и устало провёл ладонями по лицу.
— Ты стала какая-то жёсткая.
Анна смотрела на него несколько секунд, а потом тихо ответила:
— Нет. Я просто перестала быть удобной.
Через неделю ситуация стала ещё неприятнее.
Анна возвращалась с работы и уже у подъезда заметила машину Ильи.
Сердце неприятно сжалось.
Поднявшись на свой этаж, она ещё за дверью услышала приглушённые голоса. В замке провернулся ключ. Анна вошла в квартиру и сразу поняла: её здесь ждали не для обычного разговора.
На кухне сидели Дмитрий, Илья и Оксана.
Перед ними на столе лежали какие-то распечатанные листы.
Первым голову поднял Илья.
— О, хозяйка явилась.
Анна медленно закрыла за собой дверь и посмотрела на всех троих.
— Что здесь происходит?