Сердце Леси забилось чаще. Она понимала, что её действия нельзя назвать правильными — рыться в вещах бывшей свекрови было, мягко говоря, недостойно. Но этот пакет был не просто упаковкой с конфетами — он стал для неё символом несправедливости.
Осторожно ступая, Леся приблизилась к серванту. Дверца оказалась запертой. Уже собираясь отойти, она заметила: в замке торчал крошечный ключик.
Очевидно, Галина настолько была уверена в своей безнаказанности, что даже не подумала его вынуть.
Слегка дрожащими пальцами Леся повернула ключ. Замок щёлкнул едва слышно.
Она достала тот самый пакет и заглянула внутрь. Всё лежало на своих местах: коробочка с рахат-лукумом, тонкая шоколадка в золотистой обёртке и несколько пакетов с халвой.
Ничего не было съедено или убрано — всё сохранилось нетронутым. Это была вовсе не забота о здоровье внука, а банальная алчность.
Галина спрятала подарок исключительно для себя — чтобы даже воспоминание о нём не досталось ребёнку.
Леся стояла перед открытым шкафом и смотрела на сладости с нарастающим чувством горечи и досады вместо прежнего гнева.
Ей хотелось вернуть то, что по праву принадлежало её сыну. Но она удержалась от этого шага.
Не попрощавшись, Леся вышла из квартиры. В тот же вечер она пригласила своего бывшего супруга Дмитрия — сына Галины — поговорить по душам.
— Дима, нам нужно обсудить твою маму.
Дмитрий устало поморщился после рабочего дня:
— Опять конфликт? Леся, говори уже… я вымотался…
— Речь идёт о воспитании нашего сына и уважении к моей маме, — спокойно начала она и поведала обо всём: про исчезнувший подарок от Марии, про запугивание Назара и про свою сегодняшнюю находку в серванте под замком.
Пока Дмитрий слушал её рассказ, его лицо постепенно мрачнело всё больше.
— Ты уверена? Может быть… может быть, она просто убрала его подальше от Назарчика?
— Она напугала его тем, что у него выпадут зубы! Дима! Зубы! Это не забота — это манипуляция! Я своими глазами видела тот пакет под замком!
— Господи… ну да… жадность у неё всегда была. Но чтобы до такого дойти…
— Проблема вовсе не в сладостях. А в том, что она врёт нашему сыну! Манипулирует им! Прячет подарки моей мамы так, будто они ей принадлежат! Я не могу позволить своему ребёнку расти среди лжи и мелочной жадности. И уж точно не допущу того, чтобы подарок Марии исчез где-то среди хлама твоей матери!
— Что ты хочешь сделать? Скандал закатить? Забрать у неё этот пакет и вручить Назару?
— Нет… — Леся покачала головой. — Конечно же я верну конфеты сыну. Но сделаю это иначе. И мне понадобится твоя помощь. Твоя мама должна осознать: она перешла границу допустимого.
На следующий день ближе к вечеру они втроём — Леся с Дмитрием и Назаром — приехали к Галине домой. Та удивилась их визиту без предупреждения, но искренне обрадовалась появлению семьи.
Когда все устроились в гостиной, Дмитрий заговорил серьёзным тоном:
— Мама… Мы тут с Лесей вспомнили про подарок от Марии… про те сладости…