– Некому? – с нажимом закончила Мария.
Она внимательно смотрела на подавленную Ларису, и внутри у нее нарастало глухое раздражение. Все эти годы, когда она одна растила сына, все эти язвительные замечания про «не в нашу породу», бессонные ночи, когда маленький Данило болел, а помощи ждать было неоткуда…
– И что вы теперь от нас хотите? – спросила она, стараясь говорить спокойно.
– Мариночка… – Лариса подняла на нее глаза, полные мольбы. – Я ведь совсем одна осталась. Часто болею. По дому уже тяжело справляться… Может быть… вы бы могли помогать? Я же все-таки…
– Кто именно? – Мария чуть наклонилась вперед. – Кто вы нам? Бабушка, которая с рождения отвергала внука? Свекровь, упрекавшая меня за каждый кусок хлеба? Или мать, не нашедшая средств даже на похороны собственного сына?
– Мам… – Данило осторожно дотронулся до ее руки.
– Нет уж, пусть услышит! – Мария уже не могла остановиться. – Когда Ростислав умер — где вы тогда были? За все эти годы ни разу не вспомнили о нас! Зато Софии — всё! И квартира ей досталась, и деньги, и забота! А теперь мы вдруг понадобились?
Лариса съежилась в кресле — стала будто меньше ростом и совсем беззащитной.
– Мамуль… – вновь попытался ее остановить Данило.
– Знаете что… – Мария глубоко вдохнула воздух, стараясь взять себя в руки. – Я готова помочь вам. Но только на своих условиях…
Лариса подняла глаза — они были полны слез.
– Вы оформляете квартиру на Данила, – произнесла Мария четко и без колебаний. – Тогда мы будем заботиться о вас: навещать, помогать по хозяйству… как положено. А если нет — извините.
– Но… как же… – растерянно пробормотала Лариса. – Это ведь моя квартира…
– Ну так и оставайтесь в ней одна. Раз она ваша собственность. Почему я должна ухаживать за вами просто так? – с раздражением бросила Мария. – Данило, пошли.
– Подождите! – неожиданно твердо сказала свекровь. – А если… если я согласна?
Мария обернулась у двери:
– Тогда завтра едем к нотариусу. А пока подумайте хорошенько — время еще есть.
В подъезде Данило догнал мать:
– Мам… зачем ты так резко? Она ведь уже пожилая…
– Думаешь, я молода? – устало опершись о стену ответила Мария. – Мне тоже нужна была поддержка тогда… когда ты был маленький и болел ночами напролет. Где она была тогда — твоя бабушка?
– Но это как-то неправильно… Квартиру требовать…
– А правильно — годами игнорировать человека и потом рассчитывать на его доброту просто так? – печально усмехнулась Мария. – Нет уж, сынок… Пусть докажет делом свою нужду в нас или живёт по-своему.
Они спустились по лестнице молча. Где-то наверху хлопнула дверь — видимо, Лариса всё-таки выглянула им вслед.
Мария ни секунды не сомневалась: поступает верно. В её душе не осталось ни жалости к этой женщине, ни теплоты — только старые обиды да горечь воспоминаний о том времени, когда ей самой никто ничего не дал взамен простой человеческой поддержки…
***
Телефон молчал три дня подряд. И лишь к вечеру третьего дня пришло короткое сообщение: «Я согласна. Завтра в десять у нотариуса».
В назначенный час Мария уже ждала возле офиса нотариуса. Перед ней стояла некогда властная женщина — теперь просто одинокая старушка с глазами полной раскаяния.
Когда они вышли от нотариуса после оформления документов, трое шли медленно по улице: пожилая женщина между взрослым сыном и его матерью — со стороны обычная семья; только им троим было известно всё то непростое прошлое за их плечами.
— Знаешь… — вдруг произнесла Лариса негромко, — Ростислав ведь был прав… Он не ошибся в тебе…
Мария промолчала в ответ; высоко над головой пролетела стая птиц — они направлялись куда-то на юг перед наступлением осени… Скоро начнутся дожди и холода… но сейчас ей было тепло внутри впервые за долгое время. Возможно ли теперь позволить себе немного мягкости?
— Мамуль… а давай к нам чай попьем? У нас пироги есть… правда магазинные…
— Можно и магазинные… — тихо сказала Лариса с едва заметной улыбкой. — Главное ведь вместе…
Спасибо вам за то, что каждый день читаете истории на моем канале! Отдельная благодарность за ваши лайки, репосты и подписку!
Вам может понравиться: