— Понимаю. У меня внук такой же. Женился второй раз — и про старшего сына словно забыл. Эх, мужчины нынче… совсем другие стали.
— Теперь я сама покупаю подарки и говорю дочке, что это от папы, — Оксана удивилась, как легко ей далось такое признание почти незнакомой женщине. — Врать не хочется, но что делать? Она ведь ждет, верит, что папа о ней помнит.
— Вы все правильно делаете, — Лариса потянулась за стаканом воды, и Оксана помогла ей. — Ребенка нужно оберегать. Пусть думает, что отец хороший человек. Подрастет — сама разберется.
Эти слова неожиданно принесли Оксане облегчение. Оказалось, она не одна такая. Многим женщинам довелось пройти через подобное.
Двадцать седьмого декабря днем маме Оксаны удалось дозвониться до нее.
— Оксанка, слушай… Марьяна вчера вечером Богдану звонила.
— Что?! — Оксана как раз выходила из стоматологии на обеденный перерыв. — И что он ей сказал?
— Сначала вроде нормально разговаривали… А потом она спросила про Рождество. И он снова начал: мол, не приедет, у него дети Валерии тоже требуют внимания… Марьяна расплакалась.
— Мам… Почему ты позволила ей позвонить?!
— Да она сама телефон взяла! Я даже опомниться не успела…
Оксана прижалась спиной к стене здания. Холодный ветер трепал волосы, но она его не чувствовала — только злость пульсировала внутри.
— Мам… Как она сейчас?
— Успокоилась вроде бы. Мы мультики смотрели вместе — отвлеклась немного. Но послушай… Ты поговори с ним всё-таки. Он же ребенку сердце рвет.
— Обязательно поговорю! — пальцы Оксаны так крепко сжали телефон, что побелели костяшки.
Вечером после работы она набрала номер Богдана. Он ответил только на пятый гудок:
— Оксан… я сейчас занят…
— Богдан! Ты вообще понимаешь, что творишь? — голос ее был ровным и холодным: каждое слово звучало отчетливо и жестко. — Дочка тебе вчера звонила! А ты снова ее расстроил!
— Она сама спросила про Рождество… Я не хотел врать…
— Не хотел врать?! — горький смех вырвался у нее сам собой. — А весь декабрь где ты был? Хоть раз позвонил? Спросил хоть что-нибудь о дочери?
— У меня дел полно…
— Хватит! — перебила его резко Оксана. — Алименты платишь только потому что обязан по закону! А как отец? Ты понимаешь вообще: подарок для нее не просто игрушка! Это знак того, что папа помнит и любит!
В трубке повисла тишина… Потом Богдан тихо произнес:
— Прости… Я правда сейчас не могу… Может быть к восьмому марта…
Оксана отключила звонок раньше, чем он договорил последнюю фразу. Ее руки дрожали от напряжения; она опустилась на лавочку у подъезда и долго просто сидела молча, стараясь прийти в себя.
Позже тем же вечером у Ларисы они снова разговорились с ней по душам: старушка внимательно слушала каждое слово без перебиваний.
— Он говорит «может к восьмому марта», будто это хоть как-то спасает ситуацию… Марьяна ждет его сейчас! Сейчас ей нужен отец!
Лариса посмотрела на нее тепло:
— Главное – себя ни в чем не вините… Вы делаете всё правильно: защищаете ребенка от боли и разочарования… А он пусть сам потом поймет цену своим поступкам…
Оксана вытерла слезы со щек:
— Я просто боюсь… вдруг Марьяна вырастет с мыслью: «я недостаточно хороша для папы»…
Лариса мягко улыбнулась:
— Не будет такого… Потому что рядом с ней вы – мама с большой буквы… И именно вы учите ее настоящей любви – материнской…
На следующий день – двадцать восьмого – рабочий день был коротким: суббота ведь была на носу. Освободившись около часа дня, Оксана отправилась к маме за Марьяной – хотела провести несколько часов вместе перед праздниками.
Девочка встретила ее радостно – но взгляд был грустный и улыбка натянутая…
— Марьянушка… Что случилось?
— Ничего…
Оксана присела перед дочкой:
— Зайка моя… Ты же знаешь – мне можно говорить правду…
Марьяна немного помолчала и тихо спросила:
— Мамочка… а папа меня еще любит?
Оксана взяла дочку за руки:
— Конечно любит! Просто сейчас у него сложный период в жизни… Появилась новая семья – ему нужно заботиться обо всех сразу… Но это совсем не значит, будто он тебя забыл!
Марьяна нахмурилась:
— Тогда почему он больше не приезжает?
Оксана погладила дочь по голове:
— Иногда взрослые сами теряются и не знают правильного решения… Но знай одно: папа тебя очень любит! И подарок обязательно будет – я обещаю!
Глазки девочки засветились надеждой:
– Правда?
– Честное слово!
Она обняла маму крепко-крепко; внутри у Оксаны все переворачивалось от несправедливости происходящего – но она улыбнулась сквозь боль ради дочкиной веры в чудо.
Тридцатого числа вечером была последняя смена подработки у Ларисы дома. Когда та открыла дверь – лицо её светилось особым выражением: довольным и чуть лукавым.
– Проходите-проходите! Присаживайтесь рядом со мной!.. Я вот подумала тут… Вы мне столько помогли!.. Владислава говорит — вы замечательная женщина!.. Так вот — хочу вам дать шесть тысяч вместо пяти!
– Что?.. Нет-нет!.. Лариса Ивановна!.. Мы же договаривались о пяти…
– Договаривались-то да!.. Но вы заслужили больше!.. За доброту вашу человеческую!.. За то что слушали старую бабку мою болтовню терпели!.. Мне было легко рядом с вами…
– Мне неудобно брать лишнее…
– Да ну вас! Берите-берите!.. Вот конверт из тумбочки достала специально заранее!… Шесть тысяч ровно — никаких возражений!… Купите дочке еще один подарок к празднику!
Оксана взяла конверт дрожащими руками; ком подступил к горлу…
– Спасибо вам огромное…
– Да ну бросьте благодарности эти ваши!… Вы прекрасная мама!… И ваша девочка счастлива иметь такую мать рядом!… Запомните это навсегда!
Утром тридцать первого декабря они украшали елку вдвоем с Марьяной; Людмила привезла внучку пораньше – чтобы успели подготовиться ко встрече Нового года как следует.
Они доставали коробки с игрушками из шкафа; развешивали мишуру и гирлянды; смеялись над старыми стеклянными шарами из детства самой Оксаны…
– Мамочка?.. А подарки когда под елку положим? – девочка аккуратно прикрепляла серебристую звезду на нижнюю веточку ели.
– Сегодня ночью положим — когда ты уснешь… Ведь Орест приходит только после полуночи!
– А от папы подарок тоже будет?..
Оксана утвердительно кивнула:
– Конечно будет… Папа заранее передал его мне…
Лицо девочки озарилось радостью:
– Значит он всё-таки меня помнит!!!
– Никогда тебя не забывал…
Когда Марьяна наконец заснула поздним вечером 31-го декабря – мать достала два пакета сверху шкафа: один аккуратно завернула в бумагу с оленями («Для любимой Марьяны от мамы»), второй упаковала в бумагу с елочками («Любимой доченьке от папы»).
Держа эти коробки в руках возле елки — сердце женщины болезненно сжималось внутри груди: ведь всё это было ложью во благо ребёнка…
Ночь прошла спокойно; ровно в полночь они загадали желания под бой курантов; съели мандарины вдвоем на кухне при свечах…
И тут девочка бросилась к елке:
– Мамочка!!! Смотри!!! Орест приходил!!!
Сначала открывала подарок «от мамы» — набор для рисования вызвал восторг до слез…
Потом осторожно развязала ленточку второго свертка — прочитав надпись «от папы», прижала коробку к груди всем телом…
Когда увидела внутри ту самую желанную куклу — глаза её загорелись ярким светом счастья:
– Мам!!! Она такая красивая!!! Папа знал какую я хочу!!!
Сидя на диване напротив ёлки — Оксана смотрела на счастливую дочь сквозь слёзы благодарности судьбе за этот миг покоя среди бури лжи во имя любви…
Второго января утром дочка вдруг спросила серьёзно:
– Мам?.. А папа точно приедет завтра?.. На Рождество ведь должен?..
Женщина присела рядом тихонько:
– Марьянушка моя… Скорее всего нет… У него опять дела важные появились…
Губы девочки дрогнули от огорчения:
– Опять?.. Но он обещал же…
Оксана обняла её крепче прежнего:
– Послушай меня внимательно: ты ему очень нужна!! Просто взрослые иногда теряются сами внутри себя… Но любовь твоя никуда не исчезает!! Он ведь передал тебе подарок?..
Марьяна немного подумала и тихо сказала «да», кивая головой.
–– Тогда я ему позвоню завтра утром сказать спасибо…
Пятого января утром женщина отправилась по магазинам искать недорогие подарки для Рождества: выбрала пазлы за четыреста гривен (будут «от папы») и красивую книгу украинских сказок за пятьсот (просто так).
На оставшиеся деньги купила небольшой торт да фрукты для праздничного стола благодаря щедрости Ларисы Ивановны…
Шестого января вечером они накрывали стол вдвоем; свечи мерцали теплым светом; девочка оживленно рассказывала про школу да подружек своих новых; мечтательно говорила о том как хочет научиться рисовать портреты людей…