Холодный осенний ветер гнал по мостовой пожелтевшие листья, а дождь, начавшийся еще утром, к вечеру перешёл в затяжную морось, окутывая город серым пологом. Оксанка поправила шерстяной шарф и тихо вздохнула, глядя на своё отражение в запотевшем стекле уютного кафе.
Заведение называлось «Кав’ярня біля мосту». Маленькое и тёплое местечко с деревянными столами тёмного дерева, мягким светом ламп и стойкой, за которой она проводила почти всё своё время. Здесь всё было до боли знакомо: скрип двери при входе, небольшая трещина на третьей ступеньке лестницы в подсобку и аромат — смесь свежемолотого кофе, корицы и только что испечённых десертов.
Оксанка налила себе капучино, привычно украсив пену коричным сердечком — жест настолько автоматический, что она не замечала его. В зеркале за стойкой отразилось её лицо: карие глаза с лёгкой усталостью в уголках, тёмно-русые волосы собраны в небрежный хвостик, кожа бледная от нехватки солнечного света.
— Опять любуешься собой? — раздался голос позади.
Оксанка обернулась. На пороге кухни стояла Лариса — хозяйка кафе. Женщина около пятидесяти лет с добрыми морщинками у глаз и неизменной сигаретой за ухом.
— Просто задумалась.
— Знаю я твои «задумалась», — Лариса покачала головой. — Снова о нём?
Оксанка нахмурилась. «Он» — это Станислав, её бывший. Прошло уже полгода с момента расставания, но ощущение пустоты так и не исчезло.
— Нет… Просто дождь действует на настроение.
Лариса тяжело выдохнула, но промолчала. Она знала: Оксанке не по душе такие разговоры.
Дверь кафе распахнулась настежь вместе с порывом холодного ветра. Вошёл мужчина — высокий, в длинном тёмном пальто; капли дождя блестели на его волосах. Он стряхнул воду с плеча пальто, оглядел зал и направился к столику у окна.
Оксанка машинально взяла меню и подошла к нему.
— Добрый вечер. Что желаете?
Он поднял взгляд — глаза почти чёрные, с лёгким отблеском искры внутри.
— Чёрный кофе. Без сахара.
— Эспрессо или американо?
На его лице появилась лёгкая улыбка:
— А вы что бы посоветовали?
Такого вопроса она не ожидала; обычно посетители просто называли напиток без лишних слов.
— Если предпочитаете насыщенный вкус — берите эспрессо. Американо будет мягче по вкусу.
— Тогда пусть будет эспрессо.
Она кивнула и уже собиралась уйти за стойку, как он добавил:
— И пирожное… Какое у вас самое вкусное?
— Шоколадный брауни.
— Тогда его возьму тоже.
Вернувшись за стойку под внимательным взглядом мужчины из-за окна, Оксанка почувствовала лёгкое напряжение внутри себя. За стеклом дождь усилился вновь…