Богдана поднялась, подошла к шкафу и достала дневник своего супруга.
— Хочешь знать, что он писал в последние месяцы? Что я обращаюсь с ним, как с ребёнком. Что не даю ему самому выбирать, как жить и как уходить. Что моя забота стала для него клеткой.
— Мама, при чём тут это?
— А при том, что вы поступаете со мной точно так же. Из любви и желания помочь превращаете мою жизнь в существование под наблюдением.
— Но мы ведь хотим как лучше! — всхлипнула Оксана.
— А я хочу жить по-настоящему. Не просто существовать под вашим контролем, а чувствовать себя свободной.
Михайло поднялся и прошёлся по комнате взад-вперёд.
— Мам, но мы же переживаем! Понимаешь? Нам страшно, что с тобой может что-то случиться, а мы не узнаем вовремя и не сможем помочь.
— Михайло, а раньше вы тоже так боялись?
— Тогда папа был рядом…
— А если бы его не стало ещё тогда, когда вам было по двадцать? Вы бы тоже начали меня опекать?
— Наверное… нет…
— Так в чём же разница? В том, что я постарела? Или в том, что вы повзрослели и теперь уверены: знаете лучше меня, как мне жить?
В комнате воцарилась тишина.
— Дети мои… — мягко произнесла Богдана. — Я ценю вашу заботу. Но не хочу прожить остаток жизни в страхе потерять себя из-за вашего страха потерять меня.
— А ты чего хочешь сама? — тихо спросила Оксана.
— Хочу свободы. Возможности ездить туда, куда мне хочется. Видеться с подругами. Работать — если будет желание. Самостоятельно принимать решения о своей жизни.
— А если вдруг что-то случится?
— Оксана, случиться может всё что угодно и с кем угодно — в любой момент. Но это ведь не повод запирать человека на ключ от страха перед возможным будущим.
— Мам… а компромисс возможен? — спросил Михайло. — Ну вот ты просто говоришь нам заранее: куда едешь. Звонишь по приезде. Мы перестанем тебя контролировать ежечасно, но хотя бы будем знать: у тебя всё хорошо.
Богдана задумалась на мгновение. Это звучало разумно: без тотального надзора — но и без полной отстранённости.
— Ладно… Только никаких запретов или указаний сверху. Я взрослая женщина и сама решаю: куда идти и чем заниматься.
— А лекарства?
— С лекарствами тоже справлюсь сама. Михайло… ты ведь своей жене не напоминаешь каждый день про витамины?
— Нет…
— Вот и мне напоминать не нужно.
Прошла неделя — Богдана снова вышла на работу в библиотеку. Дети ворчали немного между собой, но препятствовать не стали. Ещё через несколько дней она съездила к подруге на дачу в Бучу. Позвонила сразу после приезда — как договаривались заранее.
Постепенно возвращалась жизнь… Не та самая прежняя рядом с мужем — другая уже… Но настоящая жизнь всё равно: наполненная движением и смыслом вместо пустого ожидания конца.
Однажды вечером она устроилась уютно с книгой детективного жанра за чашкой чая и тарелкой печенья… И тишина вокруг была уже иной: живая тишина дома человека, который больше ничего не боится… особенно самой жизни…
Зазвонил телефон — звонила Оксана:
— Мамочка! Как у тебя дела?
— Всё хорошо, доченька… Сижу книжку читаю…
— Что читаешь?
— Детектив один интересный попался…
— Мам… а можно я завтра к тебе приеду? Не чтобы проверить или помочь… Просто так… В гости… По-человечески соскучилась…
Богдана улыбнулась тепло: кажется, дети тоже учатся заново жить без тревоги за каждый шаг друг друга… Учились любить без контроля… доверять вместо опеки…
— Конечно приезжай! Только заранее скажи — вдруг я буду в театре!
— В театре?! Мам! Это безопасно?..
— Оксана…
— Шучу-шучу! Правда здорово видеть тебя такой живой снова!