— Я это исправлю!.. Спасибо, Таня, что помогла мне разобраться, кто же на самом деле этот «кот», что между ними пробежал, — подумала Кристина.
Она твёрдо решила: в эту новогоднюю ночь она обязательно помирит своих мам. Даже если ради этого придётся немного понервничать самой. Вместе с Марко они разработали план, как подтолкнуть женщин к откровенному разговору.
— Придётся немного схитрить и заставить их поволноваться, — заметил Марко.
— Ничего страшного. Сильно переживать не будут, зато перестанут упрямиться и наконец поговорят. Иначе так и проживут в обиде друг на друга. Точнее, твоя мама будет продолжать сердиться на мою, а моя так и не найдёт нужных слов.
Кристина была уверена: эта новогодняя ночь станет для них началом новой страницы — без старых обид.
В назначенное время девушка позвонила своей матери и пожаловалась, что не может дозвониться до мужа и оказалась заперта в мастерской, где они с Марко изготавливали гипсовые изделия для продажи. Тем временем Марко сделал то же самое: сообщил своей маме по телефону, что потерял связь с женой и сам застрял в мастерской — да ещё и повредил ногу.
Лариса и Елена поспешили на такси к детям. Дверь в мастерскую оказалась открытой.
— А ты-то здесь зачем? — удивлённо спросила Лариса у давней подруги.
— Могу задать тот же вопрос. Кристина позвонила мне и попросила приехать.
— Странно! Мне тоже звонил сын… Это ты всё подстроила? Хочешь вынудить меня тебя выслушать?
Лариса высоко подняла подбородок. Несмотря на прошедшие годы, злость к подруге всё ещё жила в ней.
— Глупости! Я уже давно не девочка, чтобы устраивать такие сцены. Похоже, это проделки наших детей… — Елена опустила взгляд. — Раз уж всё в порядке, я пойду.
Но уйти ей не удалось: двери захлопнулись за спиной с характерным щелчком замка.
— Вы не выйдете отсюда раньше времени — пока не поговорите друг с другом по-настоящему! — твёрдо произнесла Кристина. — Мы с Марко подождём рядом. Если хотите встретить Новый год за столом вместе с нами — советуем поторопиться. Не затягивайте: мы можем замёрзнуть тут до вашего примирения!
— Да как вы смеете! – Лариса забарабанила кулаками по деревянной двери, требуя выпустить её немедленно.
Елена тихо опустилась на стул и покачала головой:
— Вроде бы моя дочь… но такая решительная – прямо как ты была когда-то… Мне всегда этого качества недоставало… – начала она мягким голосом. – Если бы я тогда проявила хоть каплю такой смелости… возможно, смогла бы добиться того разговора раньше… Но я выбрала молчание. Было больно оттого, что ты мне не поверила… И я решила просто отпустить всё: нашу дружбу и воспоминания о ней… А теперь жалею об этом… Надо было всё-таки объясниться…
— Надо было! Хотя бы рассказать мне правду – как ты могла увести у меня первую любовь? Я бы поняла… простила… Но ты даже попытки не сделала…