Оленька смотрела на него и не могла узнать. Он говорил об Александре с такой теплотой и заботой, каких она давно не слышала в свой адрес.
— Ясно, — произнесла она тихо.
На следующей неделе всё повторилось. Мирослав снова сообщил, что собирается помочь Александре. Оленька промолчала. Возражать не имело смысла. Он вновь уехал ранним субботним утром и вернулся поздно вечером — усталый, но с удовлетворённым видом. На этот раз он привёз пустые контейнеры.
— Александра просила снова твоих котлеток в следующий раз, — сказал он с улыбкой. — Говорит, ты просто волшебница на кухне.
Так началась их новая рутина. Каждую субботу Мирослав отправлялся «на ремонт». Оленька без слов готовила еду и провожала его взглядом. Он больше не замечал её подавленного состояния. Всё его внимание было сосредоточено на ремонте, на помощи, на Александре. Он рассказывал о ней: как она стойко преодолевает трудности, как у неё всё получается, какая она умная и красивая — даже несмотря на то, что вся в пыли от цемента.
Оленька ощущала, как между ними вырастает невидимая преграда. Муж словно жил другой жизнью — отдельной от её мира, куда ей не было доступа. Её дни теперь сводились к заботе о ребёнке, домашним делам и приготовлению еды для чужой женщины.
Однажды, собирая очередную передачу для Александры, Оленька заметила среди возвращённых контейнеров один незнакомый ей: небольшой стеклянный с синей крышкой. Таких у неё никогда не было. Она покрутила его в руках — на дне наклейка производителя и рядом криво написано ручкой: «Сахар». Открыв крышку, она обнаружила внутри кусочки рафинада.
Странно… Зачем Александра передавала сахар? У них дома этого добра хватало с лихвой. Пожав плечами, Оленька убрала баночку в шкаф.
Прошёл месяц. По рассказам Мирослава ремонт у Александры был в самом разгаре: он уже не просто помогал — он будто бы руководил всем процессом: закупал стройматериалы, договаривался о вывозе мусора, советовал по выбору обоев… По его словам, без него она была как без рук.
В один из вечеров Мирослав сидел на диване и увлечённо переписывался с кем-то в телефоне; он улыбался сам себе. Проходя мимо с чашкой чая в руках, Оленька невольно взглянула на экран — там был открыт чат в мессенджере под именем «Александра Ремонт». Аватаркой служил забавный котик в каске. Заметив её взгляд, Мирослав тут же погасил экран.
— Что там? Новые идеи по интерьеру? — язвительно поинтересовалась Оленька.
— Да нет… — пробормотал он угрюмо. — Александра спрашивает про клей для флизелиновых обоев…
Ночью сон так и не пришёл к ней. Перед глазами стояла эта улыбка мужа… Его поспешное движение спрятать телефон… Внутри росло тревожное чувство чего-то нехорошего… Дождавшись момента, когда Мирослав крепко уснул рядом с ней, Оленька осторожно поднялась с кровати и взяла его телефон со столика.
Экран был защищён графическим ключом… Но пальцы сами вывели знакомый узор… Телефон разблокировался.
Сердце билось так сильно и громко, что казалось – оно может разбудить весь дом… Руки дрожали… Она открыла мессенджер… Нашла чат «Александра Ремонт»… И начала читать…
Поначалу переписка действительно касалась ремонта: «Мирослав привет! Подскажи…», «Спасибо тебе огромное! Ты меня спас!» Но чем дальше вверх листала переписку Оленька – тем меньше становилось разговоров о шпаклёвке или краске… И всё больше появлялось личного…
«Ты сегодня выглядел усталым… Береги себя».
«Спасибо за ужин! Твоя Оленька готовит потрясающе! Но я бы предпочла съесть тебя ;)»
«Жду субботы как праздника… Скучаю по твоим рукам».
А потом пошли фотографии… Александра присылала ему селфи… Вот она – улыбается с полотенцем на голове… Вот – якобы испачкана краской в коротком топике… А вот…
Оленька застыла…
Фотография была сделана явно там же – в той самой квартире… Александра стояла вполоборота к камере… На ней была только расстёгнутая мужская рубашка…
Рубашка Мирослава…
Та самая рубашка…
В которой он уехал сегодня утром…
Воздух исчез из лёгких мгновенно – будто кто-то резко выкачал его насосом из комнаты… Она опёрлась о стену – ноги стали ватными…
Ремонт… Помощь… Домашняя еда…
Всё это оказалось лишь прикрытием…
Он вовсе не помогал ей…
Он спал с ней…
Каждую субботу…
В той самой квартире…
Где якобы шёл ремонт…
А она сама собирала ему обеды для этих встреч…
Злость вспыхнула мгновенно – вместе со стыдом и болью унижения… Всё смешалось внутри горячим комком под горлом…
Она вспоминала их разговоры…
Его слова: «Она одна там совсем голодает»…
Её благодарности: «Твоя Оленька готовит волшебно»…
Их общих знакомых – Кристину и Февронию – со словами: «Семья должна поддерживать друг друга»…
Все они были заодно?
Или только Кристина знала?
Или это всё было задумано самой Александрой?
Придумать ремонт как повод заманить женатого мужчину?..