Николай позвонил в субботу утром, когда я как раз разбирала бельё после стирки. Его голос звучал неожиданно бодро — обычно он говорил усталым тоном, особенно после смены. Работал он диспетчером на заводе, вставал затемно и возвращался домой измотанным.
— Оксана, у меня для тебя новость, — начал он с заметным воодушевлением. — И хорошая. Хочу, чтобы ты порадовалась вместе со мной.
Сердце у меня екнуло. После смерти Леси три года назад отец словно потух. Улыбка исчезла с его лица, он стал замкнутым и угрюмым: работа-дом-работа. Я навещала его время от времени — привозила еду на несколько дней вперёд, убиралась в квартире, пыталась разговорить. Он чаще всего молчал и смотрел телевизор.
— Что за новость, Николай?
— Я познакомился с женщиной. Полгода назад встретились в поликлинике — она там медсестрой работает. Зовут Полина. Мы… ну… вчера расписались. В загсе, скромно, без гостей. Но я очень хочу тебя с ней познакомить. Приезжай завтра на обед?
Я застыла с телефоном в руке и не сразу нашлась с ответом. С одной стороны — радость: он больше не одинокий человек. С другой — было неприятно: почему не сказал раньше? Почему всё сделал тайком?
— Это… замечательно, Николай! Конечно приеду. А сколько ей лет?
Он замолчал на мгновение дольше обычного.
— Тридцать три.
Я опустилась на диван в растерянности. Тридцать три года… А ему шестьдесят два! Почти тридцать лет разницы между ними… Она младше меня на пять лет.
— Николай…
— Оксана, я понимаю твои мысли. Но она действительно хороший человек: добрая и внимательная. Мне рядом с ней легко и спокойно. Приезжай сама — убедишься.
В воскресенье я приехала к нему домой. Дверь открыл отец — выбритый до блеска, в выглаженной рубашке и пахнущий одеколоном так сильно, что я едва узнала его.
— Заходи же, Оксана! — обнял он меня крепко и тепло. — Полина сейчас на кухне готовит.
Я прошла туда следом за ним и увидела женщину у плиты: невысокая, немного полноватая фигура в домашнем халате; светлые волосы собраны в хвост; лицо простое и уставшее без макияжа… Она повернулась ко мне и улыбнулась неловко:
— Добрый день… Оксана? Я Полина… Очень приятно познакомиться.
Голос её был мягким и негромким; вытирая руки о полотенце, она протянула мне ладонь для приветствия. Я пожала её руку — тёплая ладонь с натруженной кожей.
— Здравствуйте…
Мы уселись за стол вместе втроём; Полина подала борщ — густой и ароматный, да ещё с пампушками к нему подала чесночные… Николай ел с удовольствием:
— Полинка у нас просто волшебница! Такой борщ только твоя мама готовила раньше!
Я чуть не поперхнулась от неожиданности: сравнивать её с Лесей? Серьёзно?
Полина смутилась:
— Николай… ну зачем ты так…
— Да ведь правда говорю! Правда же вкусно получилось? Оксана?
— Вкусно… — кивнула я нехотя; борщ действительно был отменный… но признавать это вслух было тяжело.
После еды отец вышел «за тортом», чтобы отметить наше знакомство как следует… Мы остались вдвоём на кухне: она мыла посуду молча, а я вытирала тарелки полотенцем рядом… Повисло напряжённое молчание.
Наконец она нарушила тишину:
— Оксана… Я понимаю ваше замешательство… Всё-таки я младше вас по возрасту… Это может показаться странным… Но поверьте: я искренне люблю вашего отца… Он добрый человек… И очень одинокий был…
Я спросила чуть резче, чем собиралась:
— У вас были мужья?
Она кивнула:
— Один был… Развелись пять лет назад… Детей нет… Он ушёл к другой женщине – сказал тогда мне прямо: «ты скучная». После него были попытки построить отношения – но ничего не вышло… А рядом с Николаем мне спокойно… Он надёжный человек…
Я промолчала.