Я вышла из родильного отделения, неловко прижимая к себе пакет с больничными вещами. Три дня в стационаре остались позади, и сейчас больше всего хотелось оказаться под горячим душем и лечь в собственную постель. Маленький Богдан остался в больнице ещё на сутки — из‑за лёгкой желтушки. Ничего серьёзного, но врачи предпочли перестраховаться.
Такси остановилось у нашего дома примерно через двадцать минут. Я расплатилась, осторожно выбралась наружу, поддерживая живот — послеродовая боль отзывалась при каждом шаге.
Дверь открылась, и на пороге показался Александр. Он стоял в прихожей, скрестив руки, будто намеренно заслоняя проход. Ни улыбки, ни цветов, ни намёка на радость.
— Привет, — произнёс он сухо.
Я молча прошла мимо, даже не сняв больничные тапочки. В квартире чувствовался странный аромат — мужской одеколон вперемешку с каким‑то сладким запахом, явно не моим.
— Зоя приехала? — спросила я, заглянув в гостиную. Решила, что свекровь решила поддержать нас после рождения внука.
— Да. Она у нас уже три дня. Ужин готовит.
С кухни доносился звон посуды. Я направилась туда, всё ещё придерживая живот. Зоя стояла у плиты и помешивала что‑то в кастрюле. Услышав шаги, она обернулась и окинула меня оценивающим взглядом.
— Выписали? — вместо приветствия поинтересовалась она. — А ребёнок где?
— Здравствуйте, Зоя. Богдана оставили ещё на сутки, у него желтушка, — ответила я и осторожно опустилась на стул.
Она недовольно сжала губы.
— Уже с первых дней сложности, — бросила она и снова повернулась к плите. — Александр, помоги накрыть на стол.
Александр тут же засуетился рядом с ней, доставая тарелки и раскладывая приборы. Меня словно и не было в этой квартире. Я тихо ушла в спальню переодеться. Открыв шкаф, увидела аккуратно сложенные вещи Зои. Моим нарядам теперь отводилась всего одна полка.
Поздно вечером я всё‑таки решилась на разговор. Александр лежал, повернувшись к стене, и делал вид, что занят телефоном.
— Александр, что происходит? — тихо спросила я, присев на край кровати. — Я родила тебе сына, а ты даже не спросил, как всё прошло, не поинтересовался Богданом.
Он медленно отложил телефон и сел, прислонившись к изголовью. Взгляд его скользнул куда‑то в сторону, мимо меня.
— Нам нужно серьёзно поговорить, Владислава, — произнёс он отчуждённо. — Мы с Зоей всё решили.
— Решили что? — растерянно переспросила я.
— После родов тебе придётся съехать.
Мне показалось, что я ослышалась.
— Съехать? Куда?
— Зоя сказала, чтобы я попросил тебя уйти после родов! — выпалил он, наконец глядя прямо на меня. — Это её квартира. Она подарила её мне ещё до свадьбы.
Я смотрела на него и не верила, что передо мной тот самый человек, с которым мы почти три года строили планы и ждали появления ребёнка. И теперь, едва я родила, он выставляет меня за дверь.
— А ребёнок?