Дарина и Дмитрий прожили вместе уже пять лет, и за это время у них сложилось непреложное правило: их квартира — только их пространство. После смены в театральной студии, где Дарина трудилась визажистом, терпела капризы артистов и часами оттирала кисти от плотного грима, ей больше всего хотелось тишины и покоя.
Дмитрий, возвращаясь из торгового центра, где он следил за электрикой среди постоянного шума и людского потока, тоже мечтал лишь об одном — чтобы его никто не трогал. Их скромная двухкомнатная квартира стала тем самым убежищем, где можно расслабиться, расхаживать в поношенных шортах и не подстраиваться ни под чьи ожидания.
Однако у Владиславы, матери Дмитрий, было иное представление о том, как следует распоряжаться этой жилплощадью. Когда-то она руководила отделом посуды в большом универмаге. Магазина давно не существовало, но привычка распределять «ресурсы» и расставлять людей по местам никуда не исчезла. Владислава обожала принимать решения за всех, особенно если это не требовало от неё расходов, зато добавляло авторитета в глазах родни.
Все закрутилось в один дождливый октябрьский вечер. Владислава позвонила Дмитрий как раз в тот момент, когда они с Дарина только устроились за ужином. В её голосе звучала бодрость и абсолютная уверенность в собственной правоте.
— Дмитрий, скажи Дарина, пусть освободит вторую комнату. В субботу приезжает Максим. Он поживет у вас.
Дарина, слышавшая разговор по громкой связи, замерла с ножом в руке. Максим приходился Владиславе троюродным племянником из Одессы. Дарина видела его всего однажды — на чужой свадьбе, где он почти весь вечер просидел в стороне, молча поедая салаты.
— Какой еще Максим? — Дмитрий нахмурился. — Мам, с какой стати он должен жить у нас?
— Потому что он семья! — отрезала Владислава. — Парень устроился в Днепре курьером в цветочную сеть. Ему нужно где-то закрепиться, начать зарабатывать. Я уже дала слово его родителям, что он остановится у вас. У вас ведь комната пустует. Не позорьте меня перед родственниками.
Причина такой заботы была очевидна. Родители Максим владели в Одессе уютным гостевым домом всего в десяти минутах ходьбы от моря. Владислава обожала бывать там в бархатный сезон, пользуясь положением почетной гостьи. Теперь она решила сохранить свои привилегии, расплатившись за них квартирой сына.
— Мам, мы никого к себе не селим, — спокойно, но жестко ответил Дмитрий. — Пусть снимет комнату или поживет в хостеле. Мы привыкли быть вдвоем.
— Вот уж эгоисты! — вспыхнула Владислава. — Это ненадолго! Парень освоится, получит первую зарплату и разберется, что дальше. Не оставлять же его на улице. Все, разговор окончен, в субботу встречайте.
Она прервала звонок. Дмитрий устало потер переносицу и виновато взглянул на жену. Они попытались набрать её снова, но Владислава больше не отвечала.
В субботу утром на пороге действительно стоял Максим. Двадцатипятилетний парень с огромной спортивной сумкой неловко переминался в коридоре и выглядел изможденным после дороги. Он был абсолютно уверен, что Владислава обо всём договорилась и его здесь ждут с распростертыми объятиями.
— Пусть переночует, — тихо сказал Дмитрий жене на кухне.