«Оксанка моя, — читала Оксана, едва различая строчки из‑за слёз. — Если эти строки дошли до тебя, значит, всё случилось так, как я и рассчитывала. Прости меня, старую и глупую Татьяну, за этот жестокий спектакль. Я замечала, с каким аппетитом они поглядывают на моё имущество, как мысленно уже делят его между собой. Особенно Богдан — его подталкивала Юлия. Я понимала: стоит оставить тебе хоть малую часть, они растерзают и тебя. А теперь… они получили своё, довольны и заняты собой. Им не до тебя. Зато у тебя есть эта книга. Всё, что мне удалось сберечь ещё вместе с твоим дедом. О них никто не знает. Ты ведь помнишь, мы жили не в нужде. Так вот, это твоё. На жизнь, на радость. Ты всегда была для меня по‑настоящему родной внучкой. Люблю тебя. Твоя Татьяна».
Оксана опустилась на пол, прижав к себе старую кофту Татьяны, и дала волю слезам. Её трясло от боли и любви, от внезапного понимания, насколько одинокой была эта женщина и какой изломанной оказалась её забота. Время, как когда‑то говорила Юлия, действительно всё расставляет по своим местам. Только эти места оказались совсем не теми, что ей предназначались. Квартиру она не получила. Вместо неё ей досталось нечто куда более весомое и одновременно более тяжёлое. Правда — горькая, но очищающая. И свобода.
Спустя месяц Оксана продала свою однокомнатную квартиру, добавила сбережения Татьяны и приобрела небольшую студию в новом районе, поближе к морю. Иногда Богдан присылает фотографии: сияющий свежим ремонтом интерьер в квартире Татьяны, блестящая новая машина. Она ставит отметку «нравится» и не ощущает ничего. Ни зависти, ни обиды. Лишь тихую, бесконечную грусть и благодарность той пожилой, мудрой и бесконечно одинокой женщине, которая ценой своей посмертной репутации и Оксаниной боли подарила ей возможность жить по‑настоящему. Своей собственной жизнью.
Нажмите «Нравится» и получайте только лучшие публикации в Facebook ↓
Как избавиться от вибрации и смещения стиральной машины во время отжима?
— Вы же сами утверждали, что я здесь ненадолго. Почему тогда я должна оплачивать ваш долг? — с усмешкой бросила Дарина Марте.
Подслушав разговор родственников Юрия, Оксанка подала на развод.
— Твоя Стефания хочет заполучить моё наследство! — взорвалась я, обращаясь к Юрию из‑за его родственницы.
О том, что квартира оформлена на меня, Марта узнала лишь во время скандала, который сама же и затеяла.
— Дом мы строили вместе, но права здесь принадлежат только мне! — заявила Марта, даже не подозревая, что Оксанка тоже способна удивить.
Я накрыла роскошный новогодний стол для гостей, а Юрий лишь произнёс: «съедобно».
— Мне вызывать полицию или вы сами освободите квартиру?
Мотря не подпустила меня к МОЕЙ стиральной машине. И через час Роман едва не лишился работы.
— Кого ты привёл в мой дом? — изумлённо спросила Лариса. — Мы же договаривались, что дети от твоего первого брака с нами жить не будут.
— Я пригласил Юлию и Стефанию встретить Новый год у нас, — сообщил Юрий вечером тридцатого декабря. — Успеешь всё приготовить?
— Марта ударила меня, а Юрий даже не вмешался. Теперь я ясно понимаю, кто из нас троих действительно человек.
— Вашу дачу мы подарим Данилу, у него семья, ему нужнее, — заявила Марта.
— Юлия будет жить с нами, а твои родители — вон из дома! — заявил Юрий, но я ответила жёстко.
Юрий семнадцать лет скрывал от Ларисы документы, увидев которые она решила подать на развод.
Комментарий *
Имя *
Email *
Сайт
Сохранить моё имя, email и адрес сайта в этом браузере для моих следующих комментариев. Δ
Recent Posts
Recent Comments
Archives
Categories