Я сидела в приёмной и никак не могла заставить себя перестать теребить безымянный палец на левой руке. Там, где когда-то, семь лет назад, могло бы быть обручальное кольцо. Там, где теперь пусто — и уже навсегда.
В сумке лежали анализы мамы. Третья стадия. Необходима срочная операция. Два миллиона восемьсот тысяч гривен. Я столько раз пересчитывала эту сумму, что цифры утратили всякий смысл.
Доходы от фриланса переводчика покрывали лишь малую часть этой суммы — я это прекрасно осознавала. Но всё равно приехала сюда. В этот украинский город. В эту фирму. К нему.
Потому что другого выхода у меня не было.
Эта строительная компания — единственная в городе, где корпоративная медицинская страховка распространяется на онкологические заболевания у близких родственников сотрудников. Я узнала об этом случайно — среди ночи просматривала вакансии и наткнулась на объявление. И сразу поняла: судьба снова издевается надо мной.
Семь лет я избегала этого города, старалась стереть его из памяти. А теперь сижу в приёмной компании, которую он создал с нуля. И жду вызова на собеседование.
«Прости меня, мама… Прости, Богдан… Я опять всё рушу».
Дверь распахнулась. Женщина лет сорока пяти взглянула на меня — и застыла.
— Зоряна? Зоряна?
Я не сразу её узнала — Людмила… Мы учились в параллельных классах: она была старостой, а я тихой девочкой с последней парты. Теперь она занимает должность HR-директора, а я — женщина в отчаянии, которой кровь из носу нужна работа.
— Добрый день, — я поднялась со стула. — Да, это я.
Людмила смотрела так пристально, будто перед ней стоял призрак прошлого. Я понимала её реакцию: тогда весь город гудел о той свадьбе… Свадьбе, которая так и не состоялась.
— Ты ведь понимаешь, куда устраиваешься? — понизила голос она.
— Осознаю.
— И всё равно пришла?
— У мамы рак… Мне необходима страховка…
Она помолчала немного с напряжённым лицом и затем указала на дверь своего кабинета:
— Проходи… Поговорим спокойно.
Собеседование прошло быстро: моя специализация — технический переводчик с немецким языком — оказалась редкой находкой для них. Листая моё резюме, Людмила качала головой:
— Ты идеально подходишь под вакансию координатора международных проектов… Но ты же понимаешь: Богдан узнает?
— Понимаю…
— И что тогда?
Что будет потом — я не знала… Единственное было ясно: мне нужна эта работа как воздух… Мне нужна страховка… Мне нужно спасти Галину…
— Я справлюсь… — произнесла я твёрдо.
Людмила долго смотрела мне в глаза… Потом подписала бумаги:
— Начнёшь с понедельника… Испытательный срок три месяца…
Первое время я приходила раньше всех и уходила последней… Делала всё возможное незаметно и добросовестно выполняла поручения… И ждала…
Ждала его появления…
Богдан… Генеральный директор компании… Человек, которого я оставила у алтаря семь лет назад…
Я видела его фото на сайте фирмы: он изменился… стал строже… взгляд стал холоднее… Ни одной улыбки ни на одном снимке…
Коллеги говорили о нём как о справедливом руководителе с жёсткими принципами… О том, что ошибок он не прощает… Что женат так и не был…
Я слушала эти разговоры украдкой в курилке и чувствовала тяжесть внутри…
Это моя вина? Или он всегда был таким? А я просто раньше этого не замечала?..
Мы столкнулись впервые на общем собрании отдела: он вошёл в зал — а я тут же опустила глаза вниз… Но краем зрения всё равно уловила его силуэт: строгий костюм… уверенная походка… голос до боли знакомый…
Он говорил о новых контрактах за рубежом… о планах развития компании…
А у меня перехватывало дыхание…
Потом его взгляд скользнул по ряду новых сотрудников…
Остановился на мне…
Мгновение длилось вечность…
Никаких изменений во внешности лица не произошло – голос остался ровным – но пальцы его побелели от напряжения там, где держал папку…
Он узнал меня…
После собрания мне сообщили: зайти к нему в кабинет…
Я шла по коридору с подкашивающимися ногами… Семь лет готовилась к этой встрече – но оказалась совершенно к ней не готова…
Секретарь коротко кивнула:
— Можете войти – он ждёт вас…
Я вошла внутрь…
Богдан стоял у окна спиной ко мне – даже не повернулся:
— Закрой дверь…
Я послушно закрыла за собой дверь…
Повисла тишина – плотная и тяжёлая как свинец…
Наконец он обернулся ко мне лицом – и наши взгляды встретились вновь спустя годы…
Те самые глаза – когда-то полные тепла – теперь были холодны как лёд…
— Зачем ты здесь?..
— Мне очень нужна эта работа…
— Работа? От меня?..
Комок подступил к горлу; руки сами собой потянулись к безымянному пальцу левой руки…
— У мамы рак… Мне необходима медстраховка…
В его взгляде мелькнуло что-то мимолётное – может быть боль?.. Или только показалось?..
— Галина?.. Галина жива?.. — он помнил имя моей мамы даже после всего произошедшего…
— Да…