Я узнала. Это была моя записка. Та самая, которую я оставила семь лет назад.
«Прости. Так будет лучше для тебя».
Он говорил, не поднимая взгляда:
— Семь лет я пытался понять. В чём моя вина?
Я застыла в дверях. Он знал, что я пришла. Каким-то образом чувствовал это.
— Ты ни в чём не виноват, — произнесла я. — Это была моя ошибка.
— Тогда объясни мне.
— Я не могу.
Он поднял глаза и посмотрел прямо на меня. В его взгляде было столько боли, что я невольно отступила назад.
— Не можешь или не хочешь?
Я молчала. Что могла бы сказать? Что Галина настояла на моём уходе? Что я считала себя больной? Что хотела уберечь его от себя?
Это прозвучало бы как жалкое оправдание. Нелепое и пустое.
Он поднялся с места и подошёл ближе.
— Я создавал эту компанию, чтобы забыться, — голос его звучал глухо и устало. — Работал до изнеможения, чтобы ты не приходила во сне. Пахал по восемнадцать часов в сутки, падал без сил… А всё равно видел тебя каждую ночь.
У меня перехватило дыхание.
— Богдан… Я не могу сейчас… Мне нужно к маме…
Я сделала ещё шаг назад, потом резко развернулась и почти бегом покинула помещение.
Позади осталась тишина.
Он даже не попытался остановить меня.
Состояние мамы ухудшилось.
Врачи сказали: операция необходима как можно скорее — в ближайшие дни. Страховка уже оформлена: расширенный пакет покрывает все расходы.
Я сидела у её постели и держала её ладонь в своей руке. Она казалась такой слабой и бледной… Моя мама — та самая женщина, которая всегда была для меня опорой — теперь выглядела хрупкой и уязвимой.
— Доченька… — она сжала мою руку чуть крепче. — Мне нужно тебе кое-что сказать. Пока ещё могу…
— Мамочка, тебе надо отдыхать… Завтра операция…
— Нет… Послушай меня внимательно… Это очень важно…
Что-то в её голосе заставило меня замолчать и насторожиться.
И она начала говорить…
Семь лет назад она узнала о наследственном заболевании в нашей семье. Её мать умерла от него много лет назад… Мама испугалась тогда не за себя — за меня…
Она тайком взяла мои волосы с расчёски и отправила их на анализ в лабораторию…
Результат оказался положительным…
— Я подумала: зачем ему больная жена? — тихо произнесла мама, глядя куда-то вверх на потолок палаты. — Зачем ему дети с риском унаследовать болезнь? Он молодой… красивый… перспективный… Найдёт себе здоровую девушку…
У меня потемнело перед глазами…
— Мамочка… О чём ты говоришь?..
— Я настояла на том, чтобы ты ушла от него… Сказала тебе: если любишь его по-настоящему – отпусти… Не губи ему жизнь…
Я вспомнила тот день до мельчайших деталей: звонок от неё… Её голос по телефону: «Доченька, нам нужно поговорить».
Я приехала к ней тогда сразу же… Она показала результаты анализов… Объяснила всё подробно… Рассказала про бабушку…
И сказала: «Если ты действительно его любишь – отпусти его ради его будущего».
В ту ночь я рыдала до утра… А утром написала записку и уехала прочь…
«Прости. Так будет лучше для тебя».
— Мамочка… — мой голос дрожал так сильно, что слова едва выговаривались. — Это было семь лет назад… Я уже научилась жить с этим… Зачем ты говоришь мне это сейчас?
Она повернула голову ко мне и посмотрела прямо в глаза… И то чувство вины, которое я увидела там – оно испугало меня до глубины души…
— Потому что год назад я снова обратилась в клинику… Хотела уточнить рекомендации на случай появления симптомов…
Наступила короткая пауза…
— И выяснилось: произошла ошибка при обработке анализов… Твои результаты были отрицательными… Ты здорова… Всегда была здорова…
Мир словно застыл вокруг меня…
Я смотрела на маму широко раскрытыми глазами – не веря услышанному…
— Ты знала об этом целый год?
Она заплакала:
— Боялась признаться тебе… Думала – зачем всё вспоминать?.. Ты ведь уже живёшь своей жизнью… А потом я заболела… Ты вернулась домой… И он рядом снова оказался… Я видела твои глаза рядом с ним…
Она крепко сжала мою ладонь:
— Прости меня за всё это… Прости за украденные семь лет жизни – твоей и его тоже…
Я сидела молча – слова застряли где-то внутри горлом комом боли…
Семь лет жизни прошли под ложным предлогом жертвы ради любви…
А оказалось – всё было построено на ошибке лаборатории и страхе моей матери…
Глупая Зоряна…
Я медленно поднялась со стула:
— Мне нужно уйти…
— Доченька! Прости!
Но я ничего ей больше не ответила…
Вышла из палаты медленно… Прошла по коридору до самого конца… Оперлась о холодную стену больницы…
И расплакалась навзрыд…
Впервые за все эти годы – искренне плакала от боли утраты времени…
К Богдану я так и не пошла той ночью…
Что бы я могла ему сказать?.. «Извини, моя мама солгала»?.. «Прости за то, что мы потеряли семь лет из-за чужой ошибки»?..
Это звучало нелепо и жалко одновременно…
Всю ночь я бродила по улицам города без цели… Смотрела на огни витрин и окна домов вокруг себя…
Думалось одно: столько времени прожито зря под видом благородной жертвы ради любви к нему…
А вышло так – сама разрушила всё без причины…
На рассвете вернулась обратно в больницу…
Мама спала спокойно перед операцией следующего дня…
Я сидела рядом с ней молча долгое время… Смотрела на лицо женщины перед собой — ту самую Галину — которая когда-то хотела как лучше для своей дочери; которая испугалась; которая совершила ужасную ошибку из любви ко мне…
Прощения у меня внутри пока ещё не находилось для неё…
Но ненависти тоже больше не было внутри сердца ни капли…