Мама подняла на неё глаза, покрасневшие от слёз.
— Значит… Конечно, значит. Она была самой лучшей мамой на свете. Но… у меня есть другая семья. Настоящая. Где они?
— В Кременчуге. Орися хочет с тобой познакомиться. Если ты готова.
Встреча состоялась спустя месяц. Всё это время мама пыталась осмыслить услышанное: плакала, злилась, потом постепенно принимала правду. Ярина всё это время была рядом — поддерживала, как могла. Дмитрий тоже не остался в стороне — его спокойный взгляд со стороны оказался очень кстати.
И вот однажды мама сказала:
— Поехали. Я хочу их увидеть.
Они втроём — Ярина, мама и Дмитрий — отправились в Кременчуг. Орися встретила их не одна: рядом с ней стоял высокий мужчина лет пятидесяти и трое молодых парней.
— Это мой сын Арсен, — представила она. — Ваш двоюродный брат. А это его сыновья — Александр, Ярослав и Марко. Ваши племянники.
Мама застыла на месте, глядя на них молча, словно слова застряли в горле. Тогда Орися подошла ближе, взяла её за руки и прошептала:
— Лариса… Я вижу в тебе свою Юлию. Вы так похожи… Спасибо тебе за то, что приехала. За то, что дала нам шанс.
И они обнялись — две женщины, которых разделили ложь и обстоятельства; которые могли бы быть семьёй ещё полвека назад… Обнялись как родные души — потому что таковыми и были.
Весь вечер прошёл в разговорах: Орися вспоминала Юлию, показывала старые снимки из семейного альбома, делилась историями из прошлого. Мама слушала молча и внимательно — будто стараясь впитать каждую крупицу информации о женщине, которая была её матерью… но осталась незнакомкой навсегда.
Ярина наблюдала за ними и понимала: да, Роксолана совершила поступок против закона… Но она подарила маме жизнь полную тепла и заботы. А теперь у них появилась ещё одна семья — настоящая.
Перед отъездом Орися отвела Ирину в сторону: посмотрела ей прямо в глаза и крепко сжала руку по-матерински тепло.
— Спасибо тебе, девочка моя… Ты ведь могла промолчать… просто уничтожить тот дневник… И никто бы никогда ничего не узнал… Но ты решилась сказать правду…
— А разве можно было иначе? — удивлённо спросила Ярина. — Вы имели право знать…
— Многие испугались бы,— покачала головой женщина.— Испугались бы разрушить привычный мир… Твоя бабушка Роксолана… а я буду звать её именно так – ведь для Ларисы она стала настоящей матерью – она написала этот дневник потому что совесть не давала ей покоя… Она хотела раскрыть правду… И ты выполнила её последнюю волю…
Ярина задумалась над её словами: ведь бабушка действительно спрятала дневник так, чтобы он был найден именно ею… Она знала: внучка будет разбирать вещи после смерти… Значит – хотела раскрытия тайны…
— Вы правы,— тихо произнесла девушка.— Это была её исповедь… И последний подарок нам всем – шанс стать семьёй…
В машине мама долго молчала… Потом вдруг сказала:
— Знаешь… я думала раньше – ненавижу маму за ту ложь… Но нет… Я люблю её… И всегда буду любить… Она спасла меня тогда… Дала дом… заботу… любовь… Да – теперь у меня есть ещё одна семья – я этому рада! Но мама остаётся мамой! Единственной!
Ярина взяла её за руку:
— И правильно! Теперь у тебя две семьи: та – что по крови; и та – что по сердцу! Обе настоящие!
Прошло полгода.
Теперь они регулярно ездили в Кременчуг; а Орися с сыном и внуками наведывались к ним в гости. На праздники собиралась большая весёлая компания: Александр, Ярослав и Марко оказались добрыми ребятами с отличным чувством юмора; Дмитрий быстро нашёл с ними общий язык.
Однажды вечером вся семья собралась у них дома; тогда Орися подняла бокал:
— Хочу произнести тост,— сказала она.— За Роксолану! Да – она совершила ошибку! Но подарила Ларисе счастливую жизнь! И благодаря тому самому дневнику мы нашли друг друга! Так что спасибо ей!
— За бабушку Роксолану,— тихо повторила мама сквозь слёзы на глазах…
— За бабушку,— подхватила Ярина…
Они чокнулись бокалами; и именно в этот миг Ярина почувствовала: круг замкнулся окончательно…
Секрет бабушки больше не висел над ними тяжёлым грузом – он стал мостом между двумя мирами; историей о любви; прощении; втором шансе…
А тот самый кожаный дневник теперь лежал на видном месте серванта – уже не как улика преступления; а как память о женщине способной любить настолько сильно… чтобы решиться на отчаянный шаг ради ребёнка…
И о внучке нашедшей смелость открыть горькую правду…
Иногда путь к семье лежит через потерю иллюзий…
Иногда правда причиняет боль сильнее лжи…
Но всё равно освобождает душу…
И даёт возможность начать заново —
На честном фундаменте…
Ярина смотрела на свою семью —
старую
и новую,
родную
и сердечную —
и улыбалась…
Жизнь штука странная…
Одна тайна разрушила одни связи —
но создала другие…
И всё закончилось хорошо —
потому что правда всегда побеждает…
Какой бы горькой она ни была…
Лучше знать истину —
чем жить даже самой ласковой ложью…
А где-то там,
за гранью обыденности,
в мире почти непостижимом,
две женщины —
Роксолана
и Юлия —
наверное,
наконец-то простили друг друга…
Потому что их дочь обрела счастье…
А разве нужно матери больше?..