— Представляешь, — произнёс он, наливая себе вторую рюмку, — сегодня вдруг задумался о детях.
Я застыла с вилкой в руке, не доведя её до рта:
— И к каким выводам пришёл?
— А может, нам и правда пора? — он взял меня за руку. — Мне уже тридцать один, тебе двадцать восемь. Самое подходящее время для того, чтобы завести ребёнка.
Какая наглость! Так спокойно говорить подобное в лицо после того, что скрывал за моей спиной!
— Серьёзно? — я изобразила радость. — Не шутка?
— Вполне серьёзно! Хоть завтра начнём! — подмигнул он. — Хотя почему бы не сегодня?
— Прекрасная идея! Тогда я сварю нам кофе. Особенный, праздничный.
На кухне я достала флакончик с настойкой и поставила его рядом с чашками.
— Кофе готов! — позвала я из кухни и направилась в гостиную с подносом.
Пора было переходить к главному разговору.
***
Я поставила поднос на столик перед Богданом: две чашки ароматного кофе, сахарница, молочник… и небольшой флакон с пипеткой рядом.
— Какой чудесный аромат! — протянул Богдан с удовольствием и потянулся за чашкой.
Но взгляд его упал на флакончик. Лицо мгновенно изменилось. Рука застыла в воздухе.
— По-моему, у него немного терпкий привкус… — спокойно сказала я и устроилась напротив него.
Мы несколько секунд молча смотрели друг на друга. Он побледнел и откинулся назад. В его взгляде мелькнуло то самое чувство… страх быть разоблачённым.
— Анастасия… Я могу всё объяснить…
— Объясни, — сказала я тихо, беря свою чашку. — У нас впереди целый вечер.
Он провёл рукой по лицу и тяжело выдохнул:
— Это совсем не так, как ты думаешь…
— А как же именно? Расскажи мне, Богдан…
— Я… просто не был готов к детям. Ещё нет. А ты так хотела… настаивала…
— Настаивала? — голос предательски дрожал от эмоций. Но я держалась. — Четыре года брака – это давление?
— Нет… не совсем так… Анастасия, всё это было ради нас! Ради нашего будущего! Посмотри на нашу жизнь: мы свободны во всём – можем позволить себе путешествия…
— Ради нас? Интересно сказано… А знаешь ли ты вообще, чем я занималась эти четыре года? Я винила себя во всех бедах. Оббивала пороги врачей, проходила обследования одно за другим… часами читала форумы женщин без детей… Я страдала даже тогда, когда мы были на отдыхе!
— Анастасия…
— Не перебивай меня! Где ты достал эту гадость? Кто тебе её дал?
Богдан нервничал и старался избегать моего взгляда:
— Есть одна женщина… травница по имени Мотря. Она живёт в Украинке…
— Откуда ты о ней узнал?
— Через интернет нашёл… Она прислала настойку по почте… — он попытался дотронуться до моей руки, но я резко отдёрнула её. — Поверь мне… это просто сбор трав… ничего опасного…
Я рассмеялась – истерично и горько:
— Безвредно?! Ты четыре года тайком подмешивал мне неизвестную дрянь?! Лишил возможности стать матерью?! Заставил думать о себе как о неполноценной женщине?! И называешь это безопасным?!
Он опустил глаза:
— Я надеялся… что со временем ты смиришься… Поймёшь: можно быть счастливыми и без детей…
Я резко поднялась:
— А если бы этот флакон не попался мне на глаза? Ты собирался продолжать морочить мне голову этим зельем?
Он промолчал – тишина была красноречивее любых слов.
Я повысила голос:
— Отвечай!
Он едва слышно произнёс:
— Наверное… да… Ведь ты выглядела счастливой… Мы были счастливы…
Я покачала головой:
— Нет… Я жила надеждой каждый день. Молилась Богу о ребёнке каждую ночь… Разве ты этого не видел?
Подойдя к окну, я посмотрела наружу – улица погрузилась во тьму; в окнах соседей уже горел свет.
Сзади раздался его голос – тихий и виноватый:
— Что теперь будет между нами?
Я обернулась: он сидел согнувшись пополам и уставился в пол. Жалкий силуэт человека без уверенности ни в себе, ни в будущем.
Но жалости у меня к нему больше не осталось ни капли.
Я говорила спокойно:
— Что должно быть? Ты обманывал меня четыре года по самому важному вопросу жизни. Лишил права выбора своего пути. Украл годы моей жизни – те самые годы, когда ещё можно было найти мужчину, который действительно хотел бы создать со мной семью…
Он вскинул голову; глаза блестели от слёз:
— Но ведь я люблю тебя!
Я взяла флакончик со стола и покрутила его между пальцами:
― Любовь ― это честность прежде всего. Это уважение к партнёру ― даже если мнения расходятся. Это умение договариваться вместе ― а не принимать решения за другого тайком!
Он потянулся ко мне снова:
― Прошу тебя… Дай шанс всё исправить! Мы можем начать заново! Завести детей!
Я усмехнулась сквозь боль:
― Правда?.. И как же теперь тебе верить?.. Как строить планы?.. Как доверять хоть чему-то после такого?..
Ответа не последовало ― лишь молчание вновь повисло между нами тяжёлым грузом недосказанности.
― Я уезжаю к маме ― хотя бы на неделю… Мне нужно всё обдумать…
― И потом?..
― Потом видно будет… Может быть ― мы справимся с этим вместе… А может ― уже нет смысла пытаться…
Я направилась в спальню собирать вещи; Богдан остался сидеть один посреди гостиной тишины и разбитых иллюзий.
Покидая квартиру поздним вечером, я задержалась у подъезда лишь на секунду – взглянула вверх на наши окна: там прошли четыре года жизни вместе…
Четыре года любви закончились предательством – самым горьким из всех возможных разочарований…
Цыганка оказалась права: правда всегда лучше сладкой лжи…
Даже если эта правда оставляет рану навсегда внутри сердца.