Екатерина вжалась в спинку стула, словно надеясь исчезнуть. Она избегала взглядов, нервно теребя салфетку в руках.
— Ого, вы уже начали? — громко произнёс Максим, разглядывая тарелки с угощениями. — А мы дома только салат поели. Папа, ты нас накормишь?
— Конечно накормит! — ответила я вместо него. — Сегодня папа самый щедрый! Он ведь так скучал по нам!
Я поманила официанта, который нерешительно топтался поблизости, не зная, как себя вести в этой странной сцене.
— Молодой человек! — окликнула я его. — Принесите детям меню. И самое дорогое шампанское для папы. Он должен расслабиться после перелёта.
Дмитрий наконец нашёл голос, но выглядел это жалко.
— Ирина, прекрати устраивать спектакль, — прошипел он сквозь зубы и покрылся пятнами от волнения. — Пойдём поговорим.
— А зачем? — я распахнула глаза с притворным удивлением. — Мы только пришли! Ты же не собираешься выставить собственных детей на Рождество? Или… — я перевела взгляд на Екатерину, — или тётя Екатерина против?
Екатерина резко вскочила со стула и опрокинула его с грохотом.
— Я… мне нужно в дамскую комнату, — пробормотала она и стремительно направилась к выходу с сумочкой в руке, даже не взглянув на своего «героя».
— Ну вот и всё… испугалась, — вздохнула я. — А ведь была моей лучшей подругой.
Дмитрий осел обратно на стул и закрыл лицо ладонями. Он выглядел сломленным.
Следующие тридцать минут стали самыми странными за всю мою жизнь. Дети с удовольствием уплетали десерты из заказанного мной меню, не осознавая всей драмы происходящего вокруг. Они были довольны: рядом папа, красиво сервировано и вкусно накрыто.
Дмитрий сидел неподвижно и смотрел в одну точку перед собой. К еде он так и не прикоснулся. Несколько раз он пытался заговорить: «Ирина, послушай…», но я каждый раз перебивала его:
— Алина, вкусно тебе? Максимка, смотри скорее – фейерверк за окном!
Я не дала ему ни малейшего шанса оправдаться – не здесь и не сейчас.
Когда дети доели свои десерты, я поднялась со стула:
— Всё, мои хорошие. Папа устал после дороги – ему нужен отдых. А нам пора ложиться спать.
— А папа с нами пойдёт? — спросил Максим.
— Нет, — ответила я резко. — Папе нужно расплатиться за ужин… и хорошенько подумать над своим поведением. Возможно… он приедет позже.
Я наклонилась к Дмитрию так близко, что уловила знакомый аромат его парфюма – того самого флакона из подарка на годовщину свадьбы.
— Знаешь… ты был прав: рейс действительно отменили… Наш совместный рейс навсегда отменён.
Я выпрямилась и достала телефон из сумочки – положила его экраном вверх прямо перед ним на столе. На экране была открыта запись прямого эфира: стоп-кадр с ложечкой у рта Екатерины.
— С Рождеством тебя… любимый мой… Счёт за этот банкет твой. И за развод тоже твой счёт будет платить тебе же.
— Ирина! — он попытался схватить меня за руку – но я ловко увернулась от его прикосновения.
— Детки! Выходим! Папа машет нам пока-пока!
Мы вышли из ресторана под аплодисменты публики – кто-то за соседним столом начал хлопать первым (весёлый и явно навеселе), а остальные подхватили инициативу с энтузиазмом. Людям нравятся хеппи-энды – даже если они выглядят немного нестандартно.
На улице снова шёл снег – крупные хлопья медленно опускались вниз и укрывали город белым одеялом тишины и свежести.
Мы устроились в машине; дети были сытыми и полными впечатлений – они быстро притихли на заднем сиденье.
— Мамочка… а папа точно придёт? — сонным голосом спросила Алина уже при выезде с парковки ресторана «Панорама».
— Обязательно придёт… Только уже другой папа придёт к нам домой. Тот самый настоящий – который никогда не врёт про самолёты…
Внутри меня было удивительное чувство облегчения – словно тяжёлый мешок камней наконец-то свалился с плеч после многих лет ношения; мешок этот давил так сильно всё это время… а признаться себе было страшно…
Телефон пискнул: сообщение от Дмитрия гласило «Ирина… давай поговорим… Это ошибка».
Сразу следом пришло уведомление от банка: списание крупной суммы со счёта семьи за ужин в ресторане «Панорама».
Я усмехнулась про себя… заблокировала номер без колебаний…
Передо мной простиралась ночная дорога под фонарями; пустая трасса манила вперёд своей ясностью… Я точно знала теперь путь домой – туда где начинается новая жизнь без лжи… Где больше нет нужды делать вид будто утка вкусная если она пригорела… Где самолёты больше не «застревают» в снегу только потому что разбиваются о человеческое предательство…
— Мамочка! Смотри-смотри!! Салют!! — закричал Максим восторженно…
В ночном небе над городом расцвели огни фейерверков всех цветов радуги…
Я улыбнулась впервые искренне за весь вечер…
— Да сынок… Это для нас…
Я прибавила звук музыки погромче… нажала педаль газа чуть сильнее…
Впереди был Новый год…
И он обещал быть честным до конца.