Оксана впервые обратила на это внимание спустя месяц после свадьбы. Они находились в салоне мебели, выбирая диван для гостиной. Она уже остановилась на варианте — сдержанный серый, в духе скандинавского минимализма, именно то, что она представляла в их новой квартире. Александр согласно кивал, поддерживал выбор, но как только продавец ушёл оформлять заказ, он достал телефон.
— Мам, привет. Слушай, мы тут диван присматриваем. Как думаешь, серый — это практично?
Оксана застыла. Серьёзно? Он обсуждает диван с Раисой?
— Ага… Ну да, светлый… Понял. Хорошо, уточню.
Александр убрал телефон и с лёгкой неловкостью посмотрел на жену:
— Мама говорит, что серый быстро потеряет вид. Может быть, коричневый будет лучше?
— Саш, но мы же вроде уже определились… — осторожно заметила Оксана.
— Да… но мама ведь права. Она в этом хорошо разбирается — у неё дома всегда всё идеально.
Оксана прикусила губу. Ей не хотелось устраивать спор из-за мебели. В итоге они взяли коричневый.
Потом были шторы. Затем посудомоечная машина. Потом страховка на авто. И каждый раз — звонок Раисе. Каждый раз — «мама сказала», «мама посоветовала», «мама считает».
Раиса была женщиной эффектной внешности и твёрдого характера: ухоженная до кончиков ногтей и абсолютно уверенная в своей правоте. Она одна поднимала сына после того как муж ушёл от неё, когда Александру было всего три года. Работала без устали и отказывала себе во всём ради того, чтобы обеспечить сыну лучшее: образование, одежду и возможности для роста. Он был её гордостью и смыслом жизни.
И даже теперь, когда ему исполнилось тридцать два года, она продолжала контролировать каждый аспект его быта.
Сначала Оксана старалась проявлять понимание: знала историю Александра и осознавала важность матери для него. Но с каждым днём ей становилось всё труднее сохранять терпение — особенно когда речь заходила о деньгах.
Александр трудился менеджером среднего звена и зарабатывал неплохо; Оксана работала фрилансером-дизайнером: доходы были неравномерными, но вполне достойными. Они договорились вести общий бюджет: складывать средства на совместные нужды и оставлять часть каждому на личные траты.
Но стоило Александру захотеть потратить что-то из общего фонда — он снова звонил Раисе.
— Мамуль, мы планируем отпуск… Думаем между Турцией и Грецией… Как считаешь?
— Мамочка… тут предлагают кредит на ремонт под десять процентов… Брать или нет?
— Мам… Оксана хочет пойти на курсы по иллюстрации… Дороговато правда… Что скажешь?
Последний случай стал переломным моментом.
Оксана давно мечтала освоить цифровую иллюстрацию; курсы стоили сорок тысяч гривен — сумму она собиралась взять из общего бюджета с условием вернуть через полгода за счёт новых заказов. Но Александр снова проконсультировался с матерью.
Раиса высказалась резко: «Сорок тысяч на какие-то картинки? У вас ипотека висит! Машину надо чинить! А она развлекаться надумала за ваш счёт? Пусть копит свои!»
Александр передал её слова почти дословно — лишь слегка смягчив тональность. Для Оксаны это стало последней каплей.
— Саш… причём тут твоя мама? Это наши деньги! Наш семейный бюджет! Мы должны принимать решения вместе!
— Я просто хотел услышать мнение…
— Нет! Ты не просто интересуешься мнением! Ты каждый раз просишь разрешения! Как будто ты ребёнок! Мы не можем купить мебель без её одобрения! Не можем поехать отдыхать без её согласия! Даже потратить деньги из своего бюджета нельзя без благословения твоей матери!
— Оксан… ну это же моя мама… Она волнуется за нас… хочет как лучше…
— Хочет помочь?! — переспросила Оксана с горькой усмешкой. — Она хочет контролировать нас до последней мелочи! Ты этого не замечаешь? Она держит тебя под полным контролем!
Александр побледнел:
— Не смей так говорить о моей маме… Она всю жизнь посвятила мне…
— А теперь требует расплаты с процентами? — резко ответила Оксана.— Мне тридцать лет! Тебе тридцать два! Мы семья или нет? Или ты будешь советоваться по каждому пустяку со своей мамой до старости?
Весь вечер они молчали друг перед другом; Александр ушёл спать в гостиную — именно на тот коричневый диван по рекомендации Раисы.
На следующее утро Оксана приняла решение: довольно этого спектакля.
Она начала действовать чётко и спокойно: сперва открыла отдельный банковский счёт и стала переводить туда свои доходы от фриланса. Когда Александр спросил о причине такого шага, она спокойно объяснила:
— Я хочу распоряжаться своими средствами самостоятельно. Раз уж каждое наше решение должно проходить через фильтр твоей матери — я предпочитаю вывести свою часть из-под этого влияния.