— Больше? — не отставала она. — Оксана, ну мы же близкие! Зачем скрытничать?
— Александра, при чём тут зарплата? — вмешалась Дарина, но в её голосе звучал неподдельный интерес.
— Просто любопытно! — Александра развела руками. — Я ведь искренне радуюсь за неё!
Данило молча уткнулся в экран телефона. Максим ковырялся в салате, делая вид, что разговор его не касается.
— Зарабатываю нормально, — наконец сказала я. — Вполне достаточно.
— Вот и прекрасно! — Богдан поднял рюмку. — За Оксану! За её новую работу!
Выпили. Я ощущала, как напряжение нарастает. Все ждали продолжения. Хотели услышать конкретную цифру.
— Слушай, Оксана, — Богдан поставил рюмку обратно на стол, — раз у тебя всё наладилось… У меня тут идея появилась. Маленький бизнес-проект. Понадобятся вложения… ну тысяч триста. Ты могла бы помочь? Мы потом всё вернём с процентами.
Вот оно зачем я здесь.
— Что за бизнес? — спросила я.
— Ну… хочу открыть маленькое кафе. В районе есть спрос.
Я перевела взгляд на него. На Александру, которая одобрительно кивала. На Дарину, которая избегала моего взгляда.
— Богдан, у меня нет трёхсот тысяч гривен.
— Как это нет? — он нахмурился. — Ты же в IT работаешь!
— И что с того?
— Там ведь платят бешеные деньги! Все об этом говорят!
— Не всем и не такие суммы, как ты себе представляешь, — я поставила бокал на стол.
— Да брось ты! — вмешалась Александра. — Мы же не глупые люди! Раз пошла в такую компанию – значит платят хорошо! А Богдану сейчас нужна поддержка… Мы ведь семья!
Я почувствовала горячую волну злости где-то внутри живота.
— Семья… — повторила я медленно и отчётливо. — Семья… А когда Любовь лежала в больнице – где вы были?
— Оксана, ну зачем вспоминать это сейчас? – поморщилась Александра.
— Затем, что тогда вам было всё равно до нас с мамой! А теперь вдруг вспомнили о родственных связях…
— Что ты так взъелась?! – Богдан тоже поднялся из-за стола. – Мы просто по-хорошему просим!
— По-хорошему? Вы даже не спросили как у меня дела… как мама себя чувствует… Сразу про деньги начали говорить!
— Потому что видно же – у тебя всё отлично! – Александра ударила ладонью по столу. – А у нас трудности! Родные должны помогать друг другу!
— Только когда трудности у вас… А когда они были у меня – вы исчезли без следа…
Я взяла сумку со стула.
— Ты серьёзно сейчас?! – голос Богдана стал резким и холодным. – Мы тебя пригласили к себе домой, накрыли стол… а ты вот так уходишь?!
Я посмотрела на блюда: дорогие салаты, мясо на тарелках и бутылки вина… Всё это было куплено под мои возможные деньги, которые они уже мысленно распределили между собой.
— Спасибо за ужин… Но мне пора идти.
Я вышла из квартиры под гул недовольных голосов: Богдан кричал о неблагодарности; Александра возмущалась моей жадностью; Дарина пыталась всех успокоить вполголоса.
Спускаясь по лестнице (лифт так и не приехал), я чувствовала дрожь в руках: от обиды… от злости… от ощущения свободы…
На улице было сыро и холодно: ноябрьский ветер трепал волосы и пах мокрой листвой и дождём с земли. Я направлялась к метро и вдруг ощутила облегчение: словно отпустило что-то тяжёлое внутри…
Телефон завибрировал в кармане: сообщение от Богдана:
«Ты ещё пожалеешь об этом… Такие как ты всегда остаются одни».
Я заблокировала его номер сразу же.
Следом заблокировала Александру.
Потом Дарину.
И Данила тоже…
В вагоне метро было тепло и шумно: кто-то читал ленту новостей на телефоне; кто-то дремал; кто-то разговаривал по громкой связи о покупках или детях… обычная субботняя суета большого города.
Я достала наушники из сумки, включила музыку и откинулась назад на сиденье…
Вернувшись домой в свою тихую однокомнатную квартиру на окраине Киева*, я заварила чай и устроилась у окна.
За стеклом мерцали огни соседних домов; где-то слышался детский смех; лаяла собака во дворе…
Открыла телефон.
Написала Любови:
«Мамочка, завтра приеду к тебе поговорить».
Утром отправилась к ней.
Рассказала обо всём: про новую работу; про зарплату; про вчерашний вечер…
Любовь слушала молча.
Потом обняла меня крепко-крепко:
– Оксана… Я горжусь тобой…
– За что?
– За то… что ты не стала покупать их любовь…
Мы сидели вдвоём за маленьким кухонным столом с чашками чая и вареньем из абрикосов…
И впервые за долгое время мне стало спокойно внутри…
Но это был только первый шаг…
Через неделю начались звонки:
Сначала звонил Богдан – я игнорировала;
Потом писали Александра;
Данило;
Даже Дарина прислала длинное сообщение о том,
как мне должно быть стыдно —
что отказалась помочь родному брату…
Я ничего не отвечала никому…
А потом во вторник вечером,
когда возвращалась домой после работы —
возле подъезда стояла Александра…
– Нам нужно поговорить… – сказала она строго…
И тогда я поняла:
это ещё далеко не конец…
Александра стояла возле домофона —
в своей потёртой коричневой дублёнке,
которую носит уже лет пять…
Лицо напряжённое,
губы плотно сжаты…
Я остановилась метрах в двух от неё…
– Я разговаривать не хочу… – произнесла я спокойно…
– А мне всё равно чего ты хочешь или нет… –
она сделала шаг ко мне ближе –
ты будешь слушать меня!
Мимо прошла соседка с пёсиком,
оглянулась любопытно…
Александра подождала пока та скроется за углом дома…
– Ты опозорила всю семью перед всеми…
– заговорила она тихо,
словно каждое слово било по лицу –
Богдан весь вечер места себе найти не мог!
У него давление поднялось!
Ты хоть понимаешь ЧТО натворила?!
– Уходи отсюда… – пробормотала я,
порывшись в сумке за ключами…
– Нет уж!
Никуда я не уйду!
– она схватила меня за рукав пальто –
Ты возомнила себя особенной?!
Нашлась тут важная персона!
Работу получше нашла —
и сразу нос задрала?!
Мы тебя ещё грудничком помним!!
Я резко выдернула руку из её хватки:
– Не трогай меня больше никогда…
– Или что?
Жаловаться побежишь?
Кому?
Своей больной матери?
Или коллегам своим айтишным расскажешь —
какая ты настоящая?..
*Заменено согласно правилам географических замен