Ольга слушала, ощущая, как внутри неё рушится последняя искра надежды. Все эти годы терпения, уступок и стремления сохранить семью оказались напрасными. Анна Ивановна никогда не примет ни её, ни Илью. А Владимир… Владимир уже определился с выбором.
— Знаете что, — тихо произнесла Ольга, — вы правы. Пора принимать решение.
Она направилась в детскую. Илья лежал лицом в подушку, плечи дрожали от сдерживаемых рыданий.
— Илья, — позвала она.
Мальчик поднял заплаканное лицо.
— Мам, я правда такой никчёмный? — прошептал он.
Сердце Ольги сжалось. Она села рядом и обняла сына.
— Нет, солнышко. Ты самый замечательный мальчик на свете. Самый умный, добрый и сильный. То, что сказал Владимир — просто глупость. Взрослые иногда говорят такое, когда сердятся.
Илья вытер слёзы рукавом и серьёзно взглянул на мать:
— Мам, а мы сможем жить без них? Без Владимира и его мамы?
Ольга на мгновение замерла. Эти слова, сказанные ребёнком, словно подвели черту под её мыслями.
— Можем, — твёрдо ответила она. — Мы справимся.
— Тогда давай их выгоним, — предложил Илья. — В конце концов, это была наша квартира до того, как Владимир сюда переехал.
Ольга поднялась и решительно направилась в гостиную. Анна Ивановна и Владимир сидели за столом, тихо переговариваясь. Увидев её, они замолчали.
— Анна Ивановна, собирайтесь, — спокойно произнесла Ольга. — Сегодня же уезжайте.
Свекровь рассмеялась:
— Что я слышу? Ты хочешь меня выгнать?
— Хочу. И сделаю это. Владимир, ты тоже уходишь. Немедленно.
— Ольга, ты с ума сошла? — вскочил муж. — Куда мне идти?
— К маме. Раз она для тебя важнее семьи, живите вместе.
— Послушай, дурочка, — поднялась Анна Ивановна, — квартира оформлена на Вову. Так что убираться придётся тебе — с твоим отпрыском.
— Вы ошибаетесь, — холодно улыбнулась Ольга. — Квартира приобретена на мои деньги — от продажи предыдущей. Просто оформили на Владимира для удобства. У меня есть все документы.
Лицо свекрови побледнело. Владимир растерянно переводил взгляд с одной женщины на другую.
— И ещё, — добавила Ольга, — мы официально не женаты. Владимир здесь — просто сожитель. И я имею право прекратить наши отношения в любое время.
— Не женаты? — ошеломлённо посмотрела Анна Ивановна на сына. — Ты говорил, что женился!
Владимир молча опустил голову. Ольга усмехнулась:
— Три года обещал расписаться, но всё откладывал. Теперь понимаю почему — ждал вашего благословения.
Анна Ивановна метала взгляды, пытаясь найти выход из положения.
— Ладно, — сказала она, — тогда мы забираем всё, что Вова покупал. Телевизор, холодильник, стиральную машину…
— Забирайте, — спокойно согласилась Ольга. — Обойдёмся без этого.
— Ольга, — Владимир вновь попытался вмешаться, — давай поговорим. Может, найдём компромисс…
— Компромиссы? — женщина посмотрела на него долгим взглядом. — Три года я шла на них. Терпела ваши замечания, ваше равнодушие к Илье. А сегодня ты назвал моего сына никчёмным. Какие могут быть компромиссы?
Владимир замолчал. Анна Ивановна понимала, что потерпела поражение, но всё равно пыталась сопротивляться:
— Пожалеешь об этом! Одной с ребёнком не справишься. Кто тебя возьмёт с чужим на шее?
— Лучше быть одной, чем позволять унижать моего сына, — твёрдо ответила Ольга.
Через час сборы завершились. Анна Ивановна демонстративно упаковывала каждую вещь, принадлежащую Владимиру, бросая злые взгляды на Ольгу. Владимир молча складывал одежду в чемодан.
— Мам, можно я помогу? — появился в дверях Илья.
Его глаза ещё были красными, но слёзы уже высохли. Ольга кивнула, и сын стал выносить коробки в прихожую.
— И не надейтесь вернуться! — бросила в прощание Анна Ивановна, стоя на пороге.
— Не надеюсь, — спокойно ответила Ольга. — И не стоит.
Владимир задержался у двери:
— Ольга, может, мы ещё…
— Нет, — твёрдо сказала она. — Ты сделал свой выбор. Живи с ним.
Дверь захлопнулась. Ольга повернулась ключом и прислонилась к ней спиной. В квартире воцарилась тишина — впервые за долгие месяцы спокойная и свободная.
Илья подошёл и обнял мать за талию.
— Мам, спасибо, — прошептал он. — Я знал, что ты меня защитишь.
Ольга погладила сына по голове. Впереди ожидали трудности — одной, на одну зарплату будет непросто. Но никто больше не посмеет назвать Илью никчёмным. Никто не поставит его в угол и не заставит ждать объедков.
— Знаешь что, — сказала она, — завтра переставим мебель. Вернёшь себе комнату.
— А где мы поставим диван?
— В гостиной оставим. Места хватит.
Илья просиял и крепче прижался к маме. Ольга посмотрела на пустой стол, за которым ещё совсем недавно сидела вся «семья», и не ощутила ни малейшего сожаления.
Потому что семья — это не те, кто живёт под одной крышей.
Семья — это те, кто оберегает друг друга.
И ради этого она была готова отказаться от всего.