— Да сколько можно терпеть твои бесконечные претензии! Всё тебе не так, всё тебе мало! — вспыхнул Богдан, нервно постукивая пальцами по краю стола. Его голос дрожал от злости, а в глазах сверкала такая ярость, что Оксана невольно отступила на шаг.
Она смотрела на мужа с растущим чувством опустошённости. Когда же она упрекала его или жаловалась? Даже в самые тяжёлые периоды, когда денег едва хватало на еду и оплату коммуналки, она молча тянула всё на себе. Стиснув зубы, искала подработки, экономила буквально на всём — лишь бы не нагружать его своими тревогами. В отличие от своих подруг Оксана никогда не пилила мужа: верила, что они должны идти вперёд вместе и поддерживать друг друга. И вот теперь… стоило ей заговорить о том, что пора бы подумать о новой работе, как он тут же превратил её в вечную скандалистку.
— И чем же я тебя так задела? — тихо спросила Оксана почти шёпотом. Голос слегка дрогнул, но она заставила себя говорить спокойно. — Я всего лишь попросила тебя не сидеть без дела и начать искать работу. Я ведь не обвиняла тебя в увольнении… Не просила денег… Просто хотела понять твои планы.
Богдан резко вскочил со стула — тот с грохотом упал набок. Его лицо перекосилось от ярости, а кулаки сжались так сильно, что побелели пальцы.
— Вот именно! Ты сразу начала давить! Только меня уволили — уже толкаешь искать новую работу!.. А мне разве нельзя немного передохнуть?!
Оксана тяжело выдохнула. Казалось, воздух в комнате стал вязким и густым. Два месяца… Уже два месяца он «отдыхает». Сначала жаловался на вымотанные нервы после прошлой работы и говорил о необходимости восстановиться. Потом начал твердить про плохую ситуацию с вакансиями и отсутствие перспектив. А как же ипотека? Коммунальные? Их мечты о ребёнке? Всё это осталось только словами — они едва справлялись с текущими расходами.
— Хорошо… Если ты считаешь, что ещё не восстановился — отдыхай дальше, — произнесла она ровно, стараясь удержать голос от предательского дрожания. Внутри всё болезненно сжималось.
Богдан вдруг рассмеялся резко и зло — смех прозвучал почти издевательски. Он покачал головой и посмотрел на жену так, будто перед ним стоял чужой человек из неприятного прошлого.
— Какая же ты смешная… Смотрю на тебя сейчас и думаю: как я вообще столько лет жил рядом с тобой? Такая вся правильная-жертвенная… Это просто маска у тебя такая была! На самом деле ты совсем другая! Знаешь что? Мне надоело это вечное перетягивание каната: кто прав – кто виноват! Собирай вещи и уходи отсюда! Теперь я буду жить здесь с Маргаритой. Она совсем не такая как ты — настоящая женщина! Заботливая и понимающая!
«Маргарита?» — пронеслось в голове Оксаны; время словно остановилось на мгновение. Та самая Маргарита?.. Та самая коллега по работе, которую он называл приставучей? Которая постоянно звонила ему по пустякам?.. Ту самую он теперь называл «настоящей женщиной»?
В груди что‑то надорвалось…