Внутри что-то оборвалось — словно невидимая, хрупкая нить, удерживавшая её в реальности, внезапно лопнула. Неужели всё это время они действительно были вместе, а она ничего не замечала? Неужели была настолько слепа, как твердили ей дома — особенно мать, уверенная, что Оксана просто отказывается видеть очевидное?
Перед глазами всё поплыло, словно мир утратил чёткость. Оксана вцепилась в край стола, чтобы не потерять равновесие. В ушах стоял гул — он заглушал голос мужа, его смех и язвительное презрение. Хотелось отвергнуть услышанное как бред или злую шутку… но отрицать было бессмысленно: он сам только что всё сказал. Его никто не застал врасплох — он сознательно признался.
— Маргарита? Ты серьёзно сейчас? Всё это время у тебя была другая женщина? – её голос прозвучал глухо и надломленно.
— Абсолютно серьёзно. Мы с ней почти сразу начали встречаться. Она мягкая, заботливая… говорит мне такие вещи, которых от тебя я за все эти годы так и не услышал. Я хочу на ней жениться. Поэтому подаю на развод. Собирайся и езжай к своей матери прямо сейчас — больше здесь тебе делать нечего. Я не желаю тебя видеть рядом. Надоело жить во лжи и лицемерии. Мы с тобой несовместимы. Жаль только, что я понял это слишком поздно и связался с тобой вообще… Потратил кучу времени впустую.
Пять лет брака… А до этого ещё два года отношений. Оксана любила своего мужа искренне и была уверена в его ответных чувствах. Но теперь стало ясно: всё было иначе. Кто-то один просто позволял себя любить — вот почему между ними так и не возникло настоящей близости и взаимопонимания. Оксана всегда винила себя за холодность мужа, старалась угодить ему во всём… но лишь избаловала его своей покорностью.
— Значит, Маргарита… А я-то голову ломала: чего ты стал таким чужим в последнее время? Ну что ж… Делай как знаешь. Хочешь быть с Маргаритой или хоть с Христей – мне уже всё равно. Только запомни: прыгать выше головы тебе не стоит пытаться. Эта квартира принадлежит мне по праву – так что уходить отсюда придётся тебе.
Богдан усмехнулся криво и выставил руки на бёдра, глядя на жену вызывающе и свысока. Он был уверен: она разрыдается от боли после его слов; убежит прочь или забьётся под одеяло в спальне — как делала раньше в минуты отчаяния — чтобы тихо плакать там одна без свидетелей… Но теперь ни одна слеза не скатилась по щеке Оксаны — даже намёка на слабость она себе не позволила.
Это задевало мужское самолюбие Богдана сильнее любых слов сопротивления или упрёков со стороны жены. Ему хотелось ранить её глубже; наговорить обидного столько, чтобы она долго приходила в себя после этого разговора.
— Ты ещё поговори тут! Всё имущество делится поровну – закон есть закон! Я тебе выплачу компенсацию по рыночной стоимости квартиры – можешь быть спокойна! Без копейки точно не останешься! Всё-таки я мужчина порядочный – должен проявить благородство перед слабой женщиной! Жалко мне тебя даже немного… Я-то буду жить дальше с Маргаритой да радоваться жизни… А ты? Кто теперь на тебя посмотрит? Возраст уже поджимает… красота увяла…
Оксана чуть приподняла уголки губ в лёгкой усмешке — если бы только он знал, сколько внимания она получала каждый день на работе от мужчин всех возрастов… Она всегда оставалась холодна к ним и никому даже надежды не давала… но никогда не ощущала нехватки восхищённых взглядов или комплиментов со стороны противоположного пола…