— О, независимая? Сейчас это модно. Все вы такие, пока ипотеку выплачивать не приходится.
Мы сделали заказ, но беседа явно не складывалась. Богдан говорил о своей должности — он был начальником смены на производстве, — однако почти в каждой фразе звучала скрытая претензия к жизни. Руководство у него сплошь «некомпетентное», сотрудники — «бездельники», а бывшую супругу он и вовсе окрестил «ошибкой природы».
— Значит, ты в офисе работаешь? — перевёл он разговор на меня. — И машину сама приобрела? Или кто-то помог?
— Сама. Брала в кредит, но погасила раньше срока.
— Молодец, — протянул он с явной насмешкой вместо похвалы. — Только вот что скажу: для женщины карьера — не главное. Главное — обеспечивать тыл. Моя бывшая тоже всё «саморазвивалась». В итоге ни нормального ужина, ни уюта. Приходишь домой — а она устала.
— Мы все устаём, — спокойно ответила я. — Отношения — это когда оба стараются. Домашние дела можно делить или вообще нанять клининг.
Богдан едва не подавился чаем.
— Клининг? Делить обязанности? — он засмеялся, но в его взгляде не было тепла. — Слушай, Ярина, да у тебя, я смотрю, запросы королевские. Машина ей, уборка, счёт пополам… Ты что, принца дожидаешься?
— Я просто хочу быть с адекватным мужчиной, рядом с которым мне будет лучше, чем одной.
И тут Богдана словно прорвало. Похоже, моя невозмутимость и уверенность задели его сильнее, чем я ожидала.
— Лучше, чем одной? — он наклонился ближе и понизил голос. — Тебе уже не двадцать, чтобы так нос задирать.
В кафе негромко звучала музыка, за соседними столиками люди мирно беседовали, а напротив меня сидел человек, который, казалось, стремился уязвить меня лишь за то, что я осмелилась иметь собственную позицию. Он всё больше распалялся и, набирая обороты, уже собирался объяснить мне, какой я «должна» быть.