Возвращаясь домой после работы, я заметила возле подъезда незнакомую машину. Однако особого значения этому не придала — мысли были заняты отчетом, который нужно было завершить до утра. Весенний ветер играл с волосами, и я спрятала замерзшие руки в карманы плаща. Во дворе чувствовалось пробуждение после зимней спячки: дворничиха Зоя старательно подметала дорожки, а на лавочке соседка укачивала внука в коляске. Обычный вторничный вечер в нашем спальном районе.
Когда я поднялась на четвёртый этаж, из-за двери нашей квартиры донеслись громкие голоса. Один из них принадлежал моему мужу Роману, второй — его матери Ларисе. Я застыла с ключом в руке. Свекровь не предупреждала о визите, да и вообще за последние полгода мы общались исключительно по телефону — после той неприятной сцены на дне рождения Романа.
Сделав глубокий вдох, я открыла дверь и вошла внутрь. В прихожей стояли два объемных чемодана и несколько коробок, обмотанных скотчем. На миг мелькнула нелепая мысль: вдруг Роман решил уйти от меня? Но тут же в коридоре появилась Лариса собственной персоной.
— Ну наконец-то пришла, — произнесла она с привычной ноткой превосходства в голосе и оценивающе посмотрела на меня. — Мы уже заждались.
— Добрый вечер, Лариса, — стараясь сохранять спокойствие, поздоровалась я. — Не знала о вашем приезде. Роман ничего не говорил.
— А мне теперь нужно разрешение спрашивать, чтобы повидаться с сыном? — губы её презрительно поджались.
Из кухни вышел Роман с чашкой чая в руках. На лице у него читалась смесь неловкости и решимости — выражение это появлялось у него всякий раз при присутствии матери.
— Ирина, нам нужно поговорить, — он поставил чашку на тумбу у стены.
— Конечно, — ответила я спокойно и направилась в гостиную, снимая плащ на ходу. — Что происходит? Чьи вещи стоят в коридоре?
Лариса последовала за мной и уселась в кресло так уверенно и властно, словно занимала там почетное место уже давно. Она всегда умела занять пространство больше своего физического присутствия.
— Понимаешь… у мамы возникли проблемы с жильём, — начал Роман уклончиво и избегал смотреть мне в глаза. — Потолок протекает… ремонт затянется месяца на два…
— Пришлось съехать оттуда, — перебила его Лариса без малейшего смущения. — Там невозможно находиться. А арендовать квартиру на мою пенсию… ты ведь понимаешь…
Я кивнула: картина начала проясняться.
— То есть вы решили временно пожить здесь? — подвела итог я.
— Не здесь, а у Романа! — поправила меня свекровь с нажимом. — Это ведь его квартира всё-таки!
Я удивлённо посмотрела на мужа: юридически жильё принадлежало мне ещё до брака – оно досталось мне по наследству от Пелагеи. И Роман об этом прекрасно знал.
— Мама будет жить вместе с нами, — сказал он твёрдо и смотрел куда-то мимо моего лица. — Я уже освободил кладовку для её вещей.
Я обернулась и только тогда заметила свои коробки со старыми книгами и сезонными вещами посреди гостиной – их просто вынесли оттуда без моего ведома.
— Роман… мы могли бы обсудить это заранее… Я бы подготовила комнату… разобрала бы вещи…
— А что тут обсуждать? – резко вмешалась Лариса. – Сын обязан помогать матери! Это нормально для любой семьи! Если семья действительно нормальная…
Такие колкости были для неё обычным делом: с самого начала наших отношений она считала меня неподходящей женой – ни хозяйка из меня толком не вышла по её меркам, ни заботы достаточно не проявляю… да вообще во всём была «недостаточной». Первое время я пыталась ей угодить – но быстро поняла: бесполезно.
— Конечно же мы поможем вам справиться со всем этим… – кивнула я спокойно. – Но можно было хотя бы предупредить заранее…